Дверь захлопнулась, а затем вновь открылась, выпуская из чрева квартиры Григория. Мужчина нервно и суетливо натягивал на своё крупное тело мятую футболку.
- Извините, внутрь не приглашаю, - принялся спешно оправдываться Гриша.- Не один… с дамой… Дело деликатное!
- Нас не интересуют подробности Ваших взаимоотношений с противоположным полом. По крайней мере, в том случае, если Вы не нарушаете закон, а Ваши моральные прегрешения пусть останутся на Вашей совести.
- Да, да, конечно, - быстро согласился Григорий. - Так чем я могу помочь? Погибший бомж… эээ… бездомный… был мне незнаком. Ни мне, ни моим друзьям. В тот вечер ничего не предвещало беды. Борис, парень который вас интересует, он мой хороший друг, отличный, добродушный парень..
- Складывается впечатление, что мы говорим о разных людях, - холодно произнесла Волина, глядя в глаза Григорию жестким взглядом. - Либо, Вы нас пытаетесь обмануть. Зря, нам многое известно. То, как вёл себя Ваш друг в тот вечер, совершенно не соответствует Вашей характеристике.
- Да, Вы правы, - Григорий потупил взгляд.- Понимаете, Боре нельзя пить спиртное! Он превращается в совсем другого человека. Это ужасно, но мы привыкли. Да и он, обычно, сидя в компании, потягивает сок и не участвует в попойке. А вот в тот вечер Борю понесло, он зацепился с Виталиком, мне нахамил, а затем и вовсе, под шумок, вытащил Виталика в коридор, на «поговорить». Мы не сразу обратили внимание, а когда заметили, было уже поздно…
- Парни, беда, - в комнату ворвался встревоженный Виталик. - Там нашего Бориса какой-то бомж пинает. Он с бабкой зацепился, а тут этот бездомный!
- Подожди, Виталик, - Гриша непонимающе затряс головой. - Какой бомж? Какая бабка? Что вы вообще забыли в подъезде?
- Борис поговорить со мной захотел… по-мужски… Мы с ним в подъезд выскочили, а тут эта бабка… соседка твоя. Принялась Бориса отчитывать, ну тот и решил её проучить. Поставить на место старуху. Тут ему бомж и подвернулся. Боря ему деньги давал, а тот хамить начал. Короче, чего я Вам объясняю. Там Бориса убивают, а вы тут…
Виталик махнул рукой и вновь выбежал в подъезд. Компания поспешила за ним. Всё было так, как и рассказывал Виталик. На полу корчился поверженный Борис, а рядом с ним спокойно стоял бомж. Григорий сразу узнал его. Это тот самый бездомный, что обживал их подвал. Сейчас бомж спокойно наблюдал за их компанией, и на его лице не было ни тени страха. Грише даже на миг показалось, что во взгляде бездомного проскочило презрение… Презрение к их компании.
Борис медленно поднялся с пола и, покачиваясь, принялся угрожать бездомному. А Гриша внимательно наблюдал за выражением его лица. Бомж лениво смотрел на Бориса, и Григорий вдруг каким-то звериным чутьём почувствовал, что именно в данный момент они все находятся в шаге от чего-то страшного. Что им всем грозит смертельная опасность…
- Постойте, - перебил его воспоминания Петровский. - Не совсем понимаю, что Вы хотите сказать. Что именно Вы почувствовали?
- Я не знаю, как это объяснить, лейтенант, - глухо ответил Григорий. - Но пережить ещё раз это чувство я бы не хотел…
- Бомж угрожал кому-то из вас? - уточнила Волина.
- Нет, вовсе нет, - покачал головой Гриша. - Отнюдь… Он стоял молча, но от него исходила такая угроза, что не почувствовать её было нельзя. Я вначале подумал, что это меня от алкоголя прибило, но тут Оксанка, подруга моя, прошептала: «Мамочки, страшно-то как...». А бомж развернулся и ушёл к себе в подвал. Мы зашли к себе в квартиру, и Бориса понесло. Он всё успокоиться не мог. Порывался спуститься в подвал и поговорить с бездомным. Мы с трудом отговорили его от этой затеи.
- А Вам не приходило в голову, что Ваш друг Борис, ведомый чувством мести, организовал убийство бездомного?
Гриша растеряно посмотрел на полицейских, а затем неожиданно захохотал.
- Да вы что? Это полный бред! Поверьте мне! Борис, когда трезвый, мухи не обидит. Это он только по пьяни герой, а так вполне себе нормальный человек. Я бы даже сказал трусоватый. Нет, он бы никогда не посмел этого сделать. Он уважаемый в городе бизнесмен. Зачем ему эти проблемы?
- Возможно, - согласился Петровский. - Но в любом случае, мы просто обязаны переговорить с ним. Как это можно сделать? Где нам найти его?
- Не знаю, - Григорий опустил взгляд в пол и принялся внимательно разглядывать трещины на плитке, украшающей подъезд.
- То есть, как не знаете? - удивился Петровский. - Это же Ваш друг… знакомый…
- Вот именно, друг! - с пафосом вскрикнул Григорий. - А друзей не сдают. По крайней мере, это мой жизненный принцип! Я ментам друзей не закладывал, и делать этого не собираюсь.