Это картина Павла Рыженко «Победа Пересвета». На полотне изображена знаменитая схватка непобедимого татаро-монгольского богатыря Челубея и нашего Александра Пересвета — монаха, который по особому благословению преподобного Сергия Радонежского вышел со своим собратом Андреем Ослябей на бой на Куликовом поле.
Великая мудрость и прозорливость замечательного русского святого, преподобного Сергия, проявилась в самой сути этой схватки. Это была битва сил света и сил тьмы. И это вовсе не образное выражение, а самое существо событий, произошедших 8 сентября 1380 года.
Оказывается, Челубей был не просто опытным воином и богатырем — это был тибетский монах, прошедший подготовку не только в системе боевых искусств Тибета, но и освоивший древнейшую практику боевой магии — Бон-по. В результате он достиг вершин этого посвящения и обрел статус «бессмертного». Словосочетание «Бон-по» можно перевести как «школа боевой магической речи», то есть искусство борьбы, в котором эффективность приемов боя беспредельно возрастает за счет привлечения путем магических заклинаний силы могучих сущностей потустороннего мира — демонов (бесов). В результате человек впускает в себя «силу зверя», или, проще говоря, превращается в единое с демоном существо, некий симбиоз человека и беса, становясь бесноватым. Платой за такую услугу является бессмертная душа человека, которая и после смерти не сможет освободиться от этих жутких посмертных объятий сил тьмы.
Считалось, что такой монах-воин практически непобедим. Количество таких, избранных духами, воинов-тибетцев всегда было крайне невелико, они считались особым явлением в духовной практике Тибета. Поэтому-то Челубей и был выставлен на единоборство с Пересветом — чтобы еще до начала сражения духовно сломить русских.
На известной картине В. М. Васнецова оба воина изображены в доспехах, что искажает глубинный смысл происходившего. Павел Рыженко написал этот сюжет вернее: Пересвет на схватку вышел без доспехов — в облачении русского монаха великой схимы и с копьем в руке. Поэтому он и сам получил тяжелую рану от Челубея. Но «бессмертного» он убил. Это вызвало полное замешательство татарского войска: на их глазах произошло то, чего в принципе не может быть. Нарушился привычный ход вещей и пошатнулись незыблемые законы языческого мира.
И по сей день служители духов тьмы, мастера восточных единоборств, хранят память о том, что есть некие «русские», у которых есть свой Бог, сила которого неодолима. И этот русский Бог выше всех их богов, и воины этого Бога — непобедимы.
Но как же чтут героев на родине?
«Надгробия над могилами святых иноков — героев Куликовской битвы – в советское время много лет использовались как платформа для электромотора на заводе «Динамо»»
Сообщает нам журнал «Русский Дом»
***
«Брат мой, иду в монастырь. Выслушай молча –
Ночь на исходе, к утру в путь собираться.
Жизнь мне такая претит – ратная, волчья:
Распри, которы, хула и святотатство.
Благо – когда мы встаём все за отчизну,
Благо – покуда святынь вздёрнуто знамя.
Тьма на душе – как справлять выпадет тризну,
Да алтари пожирать кинется пламя.
В драку напрасно не лезь, знаю – горячий,
Знаю, что сердце твоё рвётся от боли.
Всё бы на свете, поверь, было иначе –
Каждый своею бы жил горсточкой соли.
Верно ли понял я – ты вместе со мною?..
Верил и ждал я в душе – так и случится!
Рад! Но сомнения жгли, даже не скрою –
Воин по крови ты, брат, вольный, что птица»…
Так и решили – служить тихому Богу,
К Сергию в пустынь нести дух покаянья.
Только не ведали всю эту дорогу,
Только не знали всего в ней расстоянья!
Через года и труды, через молитвы,
Ярость и кровь, упокой дня Куликова –
Не утихали века сумрачной битвы,
В души стучала война снова и снова!
Если бы каждый свою горсточку соли
Нёс по судьбе до ворот светлого рая –
Только б рождало хлеба вольное поле…
Нынче гуляет там снег, кровь убирая.
Свидетельство о публикации №110112504343© Copyright: Татьяна Игнатьева, 2010