Безвоздушный Континенталь (следствием не требующий воздуха для поддержания жизни, ибо он есть жизнь) радушно ждал каждого, изъявившего к нему присоединиться.
Каждого самоотверженного, бравого, не страшащегося перемен дитя. Каждую единицу мироздания, созданную по её подобию. Каждого живущего в неведении, но являющего мысль понять немыслимое, невообразимое, являющееся истоком или причиной всех сил и начал.
Каждого, некогда осязавшего существо высшего пребывания в его или её жизни.
Но врата распахнуться лишь достойному, но прежде самого себя. Ибо не ты истинный, живущий в своём, покуда считал, как иначе. Ибо спало твоё явное глубоким прежде сном.
Коль склонен был ты к чувству мятежа, будь то отрада или грусть, зависящая от обстоятельства пребывания, – спал ты прежде крепким сном. Хоть мог и бодро осязать себя, хоть сил имел ты свод сдержать, ты спал, увы, мир не любя.
И роль твоя не за кулисой, а театра жизни, увы, мучительного дня…