В семь часов вечера Инна Овчинникова пришла в детский сад за младшим сыном. В помещении было очень шумно: родители, успев заскучать за детишками, громко целовали и обнимали их, расспрашивая, как прошел день. Каждую мать или отца встречала радостная улыбка родного ребенка.
Инна удивилась, когда поняла, что сын к ней совсем не спешит. Она вошла в игровую комнату и увидела своего сына в углу с опущенной головой.
— Что случилось? — удивлённо спросила Инна у воспитательницы. — Почему мой сын в углу?
Воспитательница, которая как раз складывала игрушки в одну большую коробку, подняла маленькую игрушечную машинку и подошла к матери Виталика.
— Понимаете, Инна Александровна, сегодня ваш сынок целый день рыдал и бился головой об пол, потому что... Видите ли, как бы вам объяснить...
Инну такая затянутая речь насторожила.
— Что? Что случилось?! Виталика кто-нибудь обидел, с ним кто-то подрался?
— О нет, Инна Владимировна, не волнуйтесь, в этом плане он у вас спокойный. Дело в другом.
Виталик тем временем большими глазами поглядывал то на ошарашенную мать, то на воспитательницу. Он стал тянуть мать за рукав куртки, мол, пошли быстрее, не слушай, что она говорит.
— Виталик, подожди! Так в чем проблема?
Виталик ждал.
— Проблема в том, что ваш сын сегодня устроил истерику из-за того, что не влезает в игрушечную машинку.
Инна несколько секунд не реагировала, а потом громко рассмеялась:
— И всего-то! Я уж думала, начудил чего или над ним кто насмехается.
— Я бы на вашем месте так не радовалась, — осадила Инну воспитательница. — Ваш мальчик должен понять, что он не может получить все, что хочет. Это невозможно. Объясните ему.
Дома Инна рассказала о приключении в детском садике мужу. Тот только усмехнулся, и в ответ рассказал свою историю из детства:
— Меня поведение Виталика ничуть не удивляет. Как-то, будучи в том самом возрасте, что и Виталик, я остался в бабушки в деревне. Сама знаешь, как прекрасно там видно звёздное небо и Луну. Так вот, я устроил своей бабушке настоящую истерику из-за того, что очень сильно хотел серебристый шарик из неба, то есть Луну. И как бы бабушка мне не объясняла, что это нереально, я всё плакал и плакал, не мог успокоиться. Уснул только под утро. Тогда бабушка разбудила меня и вручила шарик, скатанный из фольги. Я не поверил; пошел смотреть на небо: действительно, шарик теперь был у меня. Не помню даже, что я с ним делал. Но он был мне очень нужен. Чудная пора детство, чудная...
Одно Инна понимала теперь точно: яблоко от яблони далеко не упало!