Копирование текста, без разрешения автора запрещено.
ПРЕДЫДУЩАЯ ГЛАВА
Суббота, предпоследний день моего отдыха. Отдохнуть не получилось, зато куча приключений и эмоций. Хотя… В деревне всё тоже самое. Похоже, приключение - моё второе имя. Вчера обещала Наташе зайти с утра, но провозилась и пришла только к обеду. Дело было действительно дрянь. Дядя Вова, уже с утра был навеселе. Так что, когда я пришла, он кинулся обниматься и я его обняла.
- Здравствуйте дядя Вова. Вы хороший человек, поэтому Вы никогда не будете больше пить. У Вас всё будет замечательно. А пить не надо, здоровья не хватит. А сейчас идите, проспитесь и за работу.
Наташкин папа кивнул головой в знак согласия и пошел спать. А мы пошли на кухню, немного поболтав, Наташа сказала:
-Слушай Надь, он сейчас так заснул, что пушкой не разбудишь. Можно уже идти и лечить его.
Я засмеялась:
-Уже.
-Что уже? – не поняла подруга.
-Уже вылечила. Проспится и встанет как огурчик.
-Так просто?
-Так просто!
Более чем уверена, Наташка мне не поверила. Она долго сидела молча, помешивая ложечкой сахар в чашке уже холодного чая, уставившись на стену где – то позади меня.
-Надь, мне кое - что нужно тебе рассказать, - с трудом оторвав свой взгляд от стены, сказала моя подруга. - Я вчера домой приехала, подарки закинула и пошла к Лене. Ты же понимаешь, что это так оставлять нельзя. Вот я и решила немного разобраться. Так вот. Я пришла, в дверь позвонила, открыла её мама. Меня спокойно в дом пустили, даже чаем пытались напоить. И знаешь, что я узнала? А Лена уехала в Сочи, с каким - то богатым мужиком отдыхать.
-В смысле? Какой мужик, а как же Лёша?
- А это ещё не всё,- ухмыльнулась Наташка, - я так поняла, что ребёнок то не от Лёши. Лёша это так… Запасной аэродром, если богатый мужик замуж не возьмёт, она возьмёт в оборот Лёшу вашего. Надь, представляешь, они это даже не скрывают, мало того, они выставляют это напоказ. Я в шоке!
-Да ну, нафиг. В жизни бы не подумала, что она такая кручёная. Наташ, а это ты не от обиды такое городишь случайно?
- Надя, сколько раз тебе говорить! Ну, нельзя же быть такой наивной, ну, в самом - то деле. Я её не оговариваю, я тебе из рук в руки передаю, что мне вчера это прямым текстом рассказали! Ну, только просили тебе не рассказывать. Щасс. Разбежалась. Да я ей за свою испорченную свадьбу так отомщу, мало не покажется. Я ей все планы порушу. Звезда, блин.
-Да не тронь говно, вонять не будет. Оставь ты её в покое, пусть живёт своей жизнью.
-Не, ты что, не понимаешь? Она же парню всю жизнь угробит. Какая жизнь его ждёт, ты не подумала? Его спасать надо! И кстати, на счёт не тронь. Мы когда от гадалки то уходили, Ленку бабка очень серьёзно предупредила, что б она своим поганым языком тебя не трогала, выйдет только хуже. Мы тогда посмеялись, а теперь я понимаю, о чём она. И вообще, чего расселась. Раз всё тут сделала, поехали ребёнка спасать.
И мы рванули спасать Лёшу. Пока мы ехали в автобусе, я всё присматривалась к подружке. Я боялась, что липкая паутина проклятья затронула и её. Зачем она только заходила в этот дом!
- Наташа, ты только не пугайся, ладно? Я тебе кое – что скажу, а ты не бурли на весь автобус, - начала тихонечко я.
- На мне что – то не так? - встревожилась подруга, оглядывая себя.
- На тебе всё нормально, только очень тебя прошу, не ходи больше к Ленке. Вернее не так, не заходи к ним в квартиру.
- Чегооо? - Наташкино лицо вытянулось от удивления. Всё – таки не выдержала коза, разоралась на весь автобус. Хорошо, что мы были там почти одни, сидевшая на первом сиденье бабушка на её вопль никак не отреагировала.
- Тише ты, ну просила же. Я не знаю что это такое, но на Ленке был шлейф, знаешь такой воздушный, эфирный.
-Шифоновый, что ли?
-Тьфу ты, балда. Говорю же эфирный, значит, из воздуха и не всякий его увидит, ну не знаю я, как объяснить по-другому. Я думала, что это порча и полезла её снимать, и вроде сняла, но потом, мне знающий человек сказал, что это не порча, а родовое проклятье. Короче, я не знаю что это за дрянь, но я постаралась её снять. И вроде бы сняла, но… Когда я на днях заходила к Ленке домой, то на матери был точно такой же шлейф и вся квартира опутана этой паутиной тьмы.
-Чем, чем? – переспросила Наташка.
-Ну, я назвала это паутиной тьмы, потому что больше ничего придумать не смогла. Понимаешь, вся квартира в паутине из такой же непонятной нематериальной материи, что и шлейфы у них на шее. Раньше я её у них не видела, но раньше и дар у меня спал. Так что я ничего конкретного сказать не могу. Но… Ленка приехала с этим шлейфом на Новый год, и он тогда был ещё не чёрный, а синий. А потом, со временем, почернел. Короче, загадка загадок, - и я развела руки.
- Ну, ты загнула, хохотнула подруга, - нематериальная материя. И что, сейчас кинешься их спасать?
-Даже и не подумаю. И не потому, что каждый из них человек – какашка, а потому, что я больше в неизвестное не полезу. Я не собираюсь жертвовать своим здоровьем, а может и самой жизнью, у меня ещё не то что детей, даже мужа нет. Хоронить некому.
-Вот дура, - фыркнула моя подружка, - а если бы был, то что, полезла бы?
-Не – а. Я честно не знаю что это такое, даже примерною. И спросить некого, хотя интересно было бы узнать. Но, это так, для себя.
- Мдааа, - прокомментировала Наташка и уставилась в окно. Всю остальную дорогу мы ехали молча.
В училище нас, естественно, не пустили, Леху к нам не вызывали, потому что он был новобранец, а у новобранцев были сборы. Их собрались вывозить на полигон и выход был запрещён. Но видно по всему, парень родился под счастливой звездой. Когда мы стояли у ворот училища, мимо проходил друг моего отца.
-О, Надежда, привет. Жениха ждёшь?
- Здравствуйте, нет. Проблема хуже не куда.
Вкратце объяснив ситуацию, попросили, чтобы к нам вызвали Леху. Нас поняли и даже похвалили и … Через пять минут перед нами уже стоял наш курсантик, собственной персоной.
Разговаривала с ним Наташа. Я не могла смотреть парню в глаза. Да и что я ему могла сказать? Вся информация была у подруги. Он долго сопротивлялся, объяснял нам, что если он на ней не женится, то она ребёнка сдаст в детдом и это будет на его совести, но потом признался, что знает про Ленину поездку с мужиком, да и про ребёнка уже очень сомневается. Может быть, мы бы его не смогли убедить, но в наш разговор вмешался папин друг. И сказав несколько фраз, убедил его в нашей правоте. Леша принял правильное решение, но на душе было гадко.
-Я всё - таки считаю, что этого не нужно было делать, - тяжело вздохнув, сказала я, когда мы пошли домой.
- Да и я уже не так уверена в своей правоте, но что сделано, то сделано. И всё - таки, я считаю, что права я, - рубанула рукой воздух Наташка.
Нам было ещё далеко до Наташиного дома, когда мы увидели её мужа. Он почти бежал нам на встречу.
-Юра, ты чего?- удивилась я.
- Да блин, думал, дождётесь меня, я бы с парнем поговорил по - мужски. Чего две бабы полезли такие вещи объяснять.
-Мы, Юрочка, и без тебя обошлись, - поддразнила мужа Наташка, - у нас там была такая тяжелючая артиллерия. Нам и не снилась, друг дядь Вити в форме майора. Вот.
Наташка показала как маленькая язык мужу, тот рассмеялся, сгрёб её в охапку и расцеловал. Втроём идти было намного веселее, да и тема разговора поменялась. Было так хорошо, что я забыла весь этот год, беды, проблемы и чувствовала себя студенткой, у которой всё ещё было впереди.
Когда мы прощались, ребята обещали обязательно приехать ко мне в гости, и рассказать помогло ли моё творчество отцу. Ха, а чего мне рассказывать то. Моё искусство каждый день маячило перед моими глазами в соседском огороде кверху задом на огороде. Видно наказание отбывает, всё забываю спросить у Макса.
В воскресенье вечером, как только распахнулись двери автобуса на остановке моей «родной деревни», передо мной возникли «двое из ларца» Макс и тётя Люба. Макс, схватил мои тяжеленые сумки и даже крякнул от натуги.
-Ого, ты чего там, кирпичи везёшь.
Нет, там были не кирпичи. Там были мои обновы и куча разнообразной ткани. Кое - что я везла именно для тёти Любы. Это кое - что называлось кримпленом, когда - то это была очень модная синтетическая ткань. Я её терпеть не могла, но соседка от неё в восторге, так чего же добру пропадать, нашьём нарядов, и пусть щеголяет.
-Ой, Наденька, - в разговор вступила уже тётя Люба. – У нас две новости и даже не знаю, как сказать плохие или хорошие. Одна про школу, другая про дом.
-Давайте про дом,- сказала я, потому что он уже был в поле моей видимости, и я точно знаю, что он стоит и что он не сгорел.
- В пятницу, где то в обед, там тааакоооой грохот стоял, аж стены тряслись. Максим, было, попытался в дом зайти, думал, кто залез, а дом то закрыт. И окна все проверили. Всё закрыто, а внутри грохот такой, как будто мебель крушат.
Подойдя к дому, я действительно убедилась, что всё закрыто. Открыла замок, аккуратно начала приоткрывать дверь и на дверь изнутри начало давить, что - то тяжелое. Я испугалась, взвизгнула и отпрыгнула подальше от крыльца. Макс же наоборот, подскочил к двери быстрее пули и распахнул её настежь. Все трое не сговариваясь, начали хохотать. На крыльцо вывалился узел из Ленкиного покрывала. Макс тихонько отодвинул его ногой и заглянул внутрь.
-Ох, ё, - присвистнул он.
Я зашла на крыльцо и тоже заглянула внутрь. Первое, что удивила, была дверь в дом. Она была плотно закрыта. А в сенях полный бардак. Разобранная кровать Ленки, спинки стояли возле стены, корпус кровати посередине сеней и на него были навалены узелки, сумки с вещами. Было видно, что кто - то разобрал кровать, вынес её в сени и начал из дома туда же выкидывать вещи. Приглядевшись внимательно, я заметила, что моих вещей тут нет. У меня закралась одна мысль, и я пробралась в дом.
- Тёть Люб, а Ленка в эту неделю не приезжала? - спросила я, хотя заранее знала ответ.
-Нет, откуда.
-Ну, а теперь смотрите, - я отступила и пропустила вперёд соседей.
В доме царила идеальная чистота, кроме Ленкиной комнаты. В её комнате царила идеальная пустота! В комнате не было ничего, кроме тумбочки. Ни штор на окнах, ни на дверях, полки были пустые. Я открыла тумбочку, но там тоже было пусто.
- И что бы это могло значить?- ошарашенно спросила тётя Люба.
-Ну, если сюда не приезжала Ленка, то это значит только одно. Она сюда больше и не приедет. Полагаю, что она даже в дом зайти не сможет.
-Почему?
-Уж очень баба Вера на неё обиделась.
- Да что же Ленка - то могла ей сделать то?
-Когда Вы говорите, грохот был?
-В пятницу, в обед. Точно не скажу во сколько, но в обед точно.
- Тогда и я могу сказать точно. Она обиделась за меня. Остаётся только вопрос, откуда она это узнала?
Макс криво усмехнулся. А в сенях грохнулась спинка от кровати, как будто утверждая мою догадку.
-Расскажешь что случилось?
- Извини Макс, но нет. Уж очень это мерзко.
Макс пожал плечами мол, а чего ты ожидала. Тётя Люба стояла молча, готовая расплакаться в любой момент.
- Так, какая у нас вторая новость?
Я немного напряглась, ожидая очередной пакости.
-Тут вот какое дело, сказала тётя Люба, - свои в первый же день пришли заявление в школу писать, а вот дальше чудеса, да и только начались. Начали приезжать люди с соседних деревень, просят своих детей в школу нашу записать.
-Странно как - то, с чего бы это?
-Вот и я думаю с чего. И главное, готовы ребёнка гонять по двадцать пять километров туда и обратно, своя школа есть, а они к нам прутся.
-Ну, таких - то мы точно не возьмём, это бред. Мы своих зимой на елку не повезли за двадцать километров, а тут каждый день. Что они там все с ума посходили? С соседней деревни, я ещё понимаю. Там школы нет и она от нас в четырех километрах, можно автобусом забирать и отвозить обратно. Но я таких решений принимать не буду, нужно позвонить в районо и спросить, что делать. А потом уже, если что думать.
Соседка стала прощаться и уже вышла на улицу, когда я вспомнила про новость для неё. Вот же я бессовестная.
-Тётя Люба, - крикнула я, выбежав ей вслед, - стойте. У меня тоже хорошая новость. Лёха не женится, свадьбы не будет!
Соседка плюхнулась на землю как подкошенная, закрыла руками лицо и заплакала. Мы с Максом кинулись её поднимать и успокаивать.
-Надя, да как ты могла. Ты же не представляешь, что она с ребёнком сделает, - плакала тётя Люба.
-Да какое Вам дело до чужого ребёнка, если Вам так жалко чужих детей, пойдите и усыновите кого - нибудь в детдоме. А этого может уже и из роддома заберут. Пусть о нём родные мамаша с папашей заботятся.
-Дура ты, Надька, разве такие вещи так говорят, - упрекнул меня Макс.
-Блин, да что ж такое! Везде только и слышу дура да дура. Задолбали уже. Сколько можно.
-Да вот, сколько будешь молоть языком не подумавши, вот столько и будешь дурой.
-Максим, не обижай Наденьку, - заступилась за меня соседка, - это от неожиданности. Знаешь, сколько я пережила за эти полгода? Она же, тварь такая, ребёнком нас шантажировала.
У меня перехватило дыхание.
-Как! Вы это всё знали и даже мне слова не сказали! Да это нужно было всё сразу на корню прекратить!
-Да я думала, ты знаешь, ведьма ведь.
-То есть Вы думали, что я соучастница этого бедлама, - обиделась я, - ладно, всё с вами ясно. Больше ни кому слова не скажу.
Я развернулась и пошла в дом.
-Надь, - окликнул Максим
-Отвали! – огрызнулась я, громко хлопнула дверью сеней и закрыла её на замок.
-Надь, - Макс застучал в дверь.
-Всё!
Я пнула, валявшийся на моём пути узел Ленкиных вещей, зайдя в дом, пнула свою сумку, стоявшую на пороге и от боли заплакала. Наверное, я точно дура, всё бегаю, помогаю всем. А им это не нужно. То не так сделала, то не так сказала. Всё, пока на колени не упадут и сами не попросят, пальцем не пошевелю помогать. А то допомогаюсь до тюрьмы, или ещё каких – нибудь неприятностей. Бабушка не зря беспокоилась.
Чтобы успокоится я начала разбирать сумки. И тут до меня дошло. А Ленка то не просто так свалила, это же она всё время боялась, что я пойму, чей ребёнок. А я то, точно дура, у себя под носом таких вещей не видела. Ни романа с Лёшей, ни беременности. То - то она такая бешеная была в последнее время.
-Но если Лена овца, это ещё не повод подозревать меня и обзывать дурой!- сказала я вслух, швырнув очередной отрез на кровать.
-Правильно! – кто - то сказал у меня за спиной.
Я взвизгнула и в прыжке развернулась на сто восемьдесят градусов. За спиной никого не было.
-Баба Вера, это Вы? – робко спросила я.
-А кто ж ещё?- ответил мне голос из пустоты в районе сундука.
-Это зачем же Вы мне такую пакость в сенях натворили,- спросила я подбоченясь.
- А нечего ей тут делать. Скоро гости приедут, им спать где то надо. А эта тут своё тряпьё разложила, как у себя дома.
-Эх, взрослая женщина, а ведёте себя как маленькая. Гостей можно и на Ленкину кровать положить.
- Не можно! Поганая она, поганая.
И тут я подумала, чего я попусту с воздухом разговариваю, может лучше о главном спросить.
-Баба Вера, а Вы можете меня учить?
-Не могу, я не всегда такая злая. Это я от злости разговорилась, есть у тебя книги, тетради, сиди и учись, кто не даёт?
Вот же я глупая, нужно было сразу спрашивать о САМОМ ГЛАВНОМ!
-Баба Вера, а вы живая или умерли?
В ответ мне прозвучала только тишина. Тьфу, и вправду дура! Не болтала бы о ерунде, уже узнала бы живая или мёртвая, а если мёртвая, то где похоронена. А может это у меня просто из-за расстройства крыша поехала, и ни какой бабы Веры и не было. Надо с ней периодически разговаривать, вдруг опять заговорит. Каша в голове, сама себе противоречу.
Потихоньку освобождая сумку, вытащила ткани, разложила их по разным кучкам. Одна для тёти Любы, пусть выбирает, что ей понравится. Одна с лёгкими тканями, сшить что - нибудь летнее, ещё одна с тканями потеплее. Мешочек с бабушкиным приданным раскрывать не стала, положила к коробочке с серьгами. А что, жизнь удалась, украшения потом посмотрю, сейчас настроения нет. Столько запасов шить, не перешить. Запасы запасами, а вот не удержалась, все деньги до копейки потратила, а на доллары в наших магазинах ничего не купишь. Полезла в боковой карман за иностранной валютой, а вытащила пачку денег, в два раза больше и не только доллары, но и рубли. Ну, бабуля! Всё - таки сунула мне заначку, которую на уголь откладывала. Я пересчитала деньги и усмехнулась: сто – ноль в мою пользу, потому что тоже ей деньги под клеёнку положила и на сто рублей больше, чем она мне!
Из дома выходить не хотелось, почему - то казалось, что соседи так и сидят под моей дверью и караулят меня, но воды в доме не было, пришлось идти. Выйдя в сени, я удивилась. Вместо ожидаемого бардака в сенях был идеальный порядок. Нет, Ленкино барахло находилось всё там же, но аккуратно сложено в небольшую кучу. Может быть, Макс убрал? Я подергала входную дверь. Нет, дверь закрыта. Я её же собственноручно закрывала. «Чудеса», - подумала я, а вслух сказала: «Спасибо», и пошла за водой.
Часов в десять, когда я уже ложилась спать, в окно кто - то робко постучался. Выглянув, я увидела тётю Любу.
-Наденька, ты меня прости, я уж проревелась, а потом поняла. Ты сказала «чужого ребёнка». Чужого это как?
- Да так, как есть на самом деле.
И, пригласив её в дом, начала рассказывать всё с самого начала, с того момента когда Наташа пришла ко мне в гости…
С раннего утра пошла не в школу, а в правление. Все уже получили наряды на работу и разбежались по своим делам. Так что поговорить по телефон можно было спокойно. Я позвонила в районо и объяснила ситуацию про первоклашек. На том конце провода были очень удивлены происходящим. И выдали чёткие указания кого брать, а кого нет. Как я и предполагала, мы берём детей из близлежащей деревни и то, до первых серьёзных прогулов по болезни. Вообще, все эти дети прекрасно ездили в среднюю школу в соседнем селе. Но раз хотят поближе, то пусть попробуют.
-Надежда, - зав. районо вдруг сменила тему, - вы школу покрасили?
- Пока нет, мы хотели завершить набор, и потом недели за две, перед началом занятий покрасить.
- Ну, тоже хорошо, но не забывай, что в конце августа будет проверка по готовности школы к занятиям. Напарница когда выйдет?
- А вот с напарницей беда.
-Сбежала?
- Похоже на то. Но это ещё не точно. Она в феврале должна родить. Может ещё вернётся, но не на долго.
- Да что ж такое, ну не везёт с этой школой. Сказала бы раньше, я бы заявку подала на второго учителя, а теперь уже ничего и не сделаешь. Может быть, кто подвернётся. Сама пока справишься?
Я как представила вторую такую Лену у себя под боком, желание иметь напарника мгновенно пропало.
-Не, не, не. Не надо мне, никакой напарницы. Я лучше сама. Может быть, ещё всё поменяется и человек работать будет. Мне же она ни чего лично не сказала. Это только сельчане «на хвосте принесли».
-Ну, смотри сама. Как знаешь. Но учти, никаких приписок. Если она не явится в конце своего отпуска, ставь прогул, тебе же выгодней будет. На тебя полставки оформим.
Блин, нужны мне ваши полставки с такой нагрузкой, да ладно. На безрыбье и рак рыба. Я даже из жалости приписок делать не собиралась. Ещё посадят потом за это, всё равно кто – нибудь, да донесёт. Даже если я промолчу других - то, молчать не заставишь. Правда всё равно раскроется, если учёба будет в две смены.
Про роды в феврале я брякнула наугад, но было интересно какой срок беременности у Лены и как она собирается филонить до ухода в декрет. То, что баба Вера её однозначно не пустит в дом, уже даже не обсуждалось. Похоже, что с бегством Ленки ситуация не ослабевала, а даже очень наоборот, нагнеталась.