Художник должен быть «голодным», чтобы оставаться собою. Должен быть жадным до свежих впечатлений, сильных эмоций, прогулок по краю собственных возможностей. Голодного волка кормят быстрые ноги; изголодавшегося по творчеству живописца — бег воображения к недостижимому горизонту идеала. Ибо искусство суть процесс, а картины — верстовые столбы на пути мастера. Не важно, сколько километров позади; важен лишь тот, который проходишь здесь и сейчас, стремясь всё дальше по дороге меж пропастью самокопирования и отвесной стеной зрительского неприятия.
Горе пресытившемуся художнику. Тому, кто забыл свой путь, утратил великую жажду творца, залив её хмелем самодовольства и уснув на лаврах вчерашнего триумфатора. Такой живописец обречён проснуться ремесленником. Или не проснуться вовсе.
Великий Репин оставался «голодным» мастером до самого конца. Остро чувствующим, нетривиально мыслящим, идущим непростой дорогой по краю собственного стиля. Совершенствующим и без того филигранную технику.
Как знать, что стало бы с великим русским мастером, сложись его судьба чуть счастливее, а творческий путь — ровнее и глаже. Но История не терпит сослагательного наклонения, и после Революции Илья Репин оказался в финском местечке Коккола.
С тревогой и тоской прислушивающийся к порывам ветра перемен, чьи отголоски доносились из расположенного в каких-то сорока верстах Петрограда. Их привозили с собою друзья, спешившие навестить гения русской живописи. Порою после тех бесед Илья Ефимович принимался воспроизводить по памяти ставшие недосягаемыми родные лица...
Из более чем полутысячи известных картин художника, к периоду вынужденной эмиграции относятся считанные единицы. Небольшие этюды в сравнении с прежними эпическими полотнами. Но сколько же «оголённого нерва», обострённой ностальгии, сколько «голода» по родным просторам ощущается в этих работах!
Мастер выбрал свой путь: несмотря на все уговоры, он так и не вернулся на Родину. А вот его душа ни на день её и не покидала. Таков был финал жизненного и творческого пути великого Репина: от себя — к себе, от любви — к ностальгии. По краю, по грани. Рефлексия — без усталости, грусть — без отчаяния, красота — без границ.
Знаете, дорогой читатель: в альбоме «Чукоккала», составленном Корнеем Ивановичем Чуковским в том числе по мотивам его поездок в гости к Репину, есть рисунок, сделанный Федором Шаляпиным. Этот портрет Ильи Ефимовича можно смело считать эпиграфом к истории о последних годах жизни художника. Наш герой с тоской смотрит вдаль; туда, где угадывается могучий силуэт Петрограда. Он силится заглянуть за горизонт...
Автор: Лёля Городная. Вы прочли статью — спасибо. Подписаться