Перед самой войной, представляя план будущих действий, аналитики из Абвера довольно серьезно рассчитывали на наличие в СССР «подземного мира», разветвленного уголовного подполья. И что это даёт немецкой разведке хороший шанс использовать так называемых «блатных» в своих шпионских играх. «Не отбросов, есть кадры» говаривал ещё начальник кайзеровской военной разведки Вальтер Николаи. Абвер эту практику хорошо изучил и путем шантажа и поощрений, типичным методом кнута и пряника, заставил европейскую уголовщину работать на себя.
Но едва началась реализация плана «Барбаросса», германской разведке пришлось поближе ознакомиться с суровой советской реальностью. А она была такой, что привычные методы шантажа и поощрений на территории СССР работали достаточно плохо. В сети немецкой разведки попадалась уголовная мелочь: маклеры, ипподромные "жучки", мелкие скупщики и аферисты средней руки. Так называемые «чистопородные воры», которые могли в любом советском городе найти кров и поддержку в местных «малинах», на сотрудничество с ведомством Канариса шли только в случае крайней нужды. И обязательно своих нанимателей «кидали» - при всяком удобном случае.
Такая ситуация резко контрастировала с европейской, где «подземный» мир охотно шёл на контакт и давал немецкой и другим спецслужбам огромный объём информации. Ситуации когда Абвер образовал короткий альянс с польскими ворами, или когда американская разведка, при высадке на Сицилию, использовала местную «мафию», в Советской России не могло быть по определению.
И не то, чтобы наши уголовнички были более патриотичными, хотя к концу войны появились и такие. Просто для воровской «братии» было без особой разницы, на какую государственную структуру работают вкрадчивые вербовщики, обещавшие им золотые горы. Коммунисты, демократы, нацисты и прочие «фраера» представляли собой глубоко чуждую блатным среду, с которой те ничего общего иметь не желали. Было во всем этом и рациональное зерно. Даже за убийство, урки перед войной чаще всего получали «троцкистский минимум», десять лет с поражением в правах. Любая же «шпионская» статья была равносильна смерти.
Начальник отдела Абвера «Валли-2» майор Зелигер, занятый подготовкой диверсантов и боевых разведывательных групп, уже в июле 1941 году писал в докладной на имя адмирала Канариса что советские уголовники не оправдали надежд и использовать их в операциях нужно крайне осторожно. Он характеризовал их, как закоренелых лжецов, неохотно идущих на контакт. «Велика вероятность того, что в полевых условиях, вместо диверсий преступники займутся обычным своим делом, разбоями и грабежом, игнорируя любые приказы и воинскую дисциплину»
Очевидно, что германский разведчик был человеком дальновидным и быстро спрогнозировал дальнейшее развитие событий. Оккупация западных областей СССР породила удивительное явление. Уголовники с одинаковой лихостью воровали и грабили по обе стороны фронта, находя лазейки в казалось бы непроницаемых позициях противостоящих сторон. Ситуативно уголовники нанимались в Абвер, но только чтобы использовать его каналы и возможности для ухода от преследований оккупационной полиции и для перехода на другую сторону. В конце концов немецкой разведке надоело пребывать в роли «лохов ушастых» и средства передвижения и в штабе «Валли-2» разработали новые «ограниченные» методы использования советского криминала. О том, что из этого получилось, мы расскажем в одном из следующих материалов.