Фантастика. Приключения. Параллельные миры.
***
Первая глава книги "Не больше трёх секунд" - здесь.
Предыдущая глава - здесь.
***
Это продолжение второй книги цикла "Там, где кончается время". Книга называется "Не больше трёх секунд". Предыдущая книга, "Идущие через Сельву" также есть на моём канале, по этой Дзен-гиперссылке.
***
Застонав, Ант повернулся набок. Ныли все мышцы, болела голова, взгляд никак не хотел фокусироваться. Маленькая тёмная комнатушка, окон нет, или они закрыты ставнями. Где дверь, тоже непонятно. Он лежит на жёстком ложе, в одежде, на одеяле.
С большим трудом ему удалось сесть. Голова тут же закружилась, но он смог удержать равновесие. Ант пошарил по стене в поисках выключателя, но ничего не обнаружил. Зато на столе нашлась огромная металлическая кружка с водой – это было очень кстати: пить хотелось неимоверно, во рту и гортани всё пересохло.
Ант с наслаждением осушил почти половину кружки. Снова закружилась голова, одолела слабость. Пришлось опять лечь, но головокружение не прошло, а только усилилось. Он закрыл глаза и отдался навалившейся слабости. Спать, спать! Завтра всё разъяснится, а пока пусть будет сон.
В следующее пробуждение комната оказалась освещённой. Дневной свет проникал через несколько маленьких круглых отверстий в одной из стен под невысоким потолком. Голова почти не кружилась, слабость ушла. Он потянулся к знакомой кружке на столе, выпил половину оставшейся в ней влаги. Решил оставить немного – поди знай, куда он попал, и когда можно будет пополнить запас.
За загородкой у изголовья послышался шум льющейся воды. Откуда что взялось, можно подумать и позже, а пока надо наполнить кружку. Он обогнул загородку – там оказался унитаз, раковина с краном, и торчащая из стены под самым потолком труба с душевой воронкой.
Кран не имел никакого устройства для открывания, это была просто металлическая труба, из которой текла струя воды. Недолго думая, Ант наполнил кружку до краёв. Вода продолжала течь, и он решил умыться. Сполоснул лицо, заряжаясь бодростью, скинул рубаху, чтоб вымыться до пояса, но вода течь перестала.
Он ещё раз внимательно осмотрел стены и раковину, но устройства для открывания воды не нашёл. Попробовал даже поводить рукой под отверстием, откуда ещё недавно текла струя влаги в поисках фотоэлемента, но всё осталось по-прежнему.
Полотенца также не было, пришлось вытереться снятой рубахой. Вернулся к своему ложу, поставил кружку с водой на стол, и только сейчас заметил на нём два неприметных листка бумаги. Ну, конечно! Сначала было темно, он их просто не увидел, потом бросился умываться… Наверное, сейчас всё разъяснится!
На первом листке была копия свидетельства о смерти. На втором красовался заголовок «Памятка». С недоумением он прочитал в свидетельстве своё имя – Ант Ривер, и цифры – день своего рождения, и после чёрточки дату смерти – 13 мая этого года. Перевёл взгляд на «Памятку», бросилась в глаза фраза, набранная жирным шрифтом: «Лица, помещённые в камеру, юридически считаются умершими. Они лишены всех гражданских прав и обеспечиваются только минимальным набором для удовлетворения физиологических потребностей. Открытие камеры не предусмотрено, и не производится ни при каких обстоятельствах!»
Ант бессильно опустился на постель. Память возвращалась к нему урывками, то яркими, словно вспышки, то тёмными и глухими, как сумеречные тени. Но главное он вспомнил. Это место, где ему предстоит провести остаток дней, называется Камера Смертников, куда он попал после приговора суда.
***
Ему вспомнился Университет, лекции, его студенты. Руководство по отношению к нему заняло настороженную позицию: помимо официально утверждённого курса лекций по истории ХХ века, мистер Ривер стал вести факультатив по теории социализма. Вроде ничего криминального в этом не было: изучать ХХ век без этого течения было нелепо. Но Ант Ривер имел неосторожность давать желающим углублённые знания о жизни России того времени – социалистического государства СССР. И рассказывал об этой стране с любовью и симпатией, постепенно внушая своим студентам, что социализм – это не так уж плохо, а точнее, даже хорошо.
Он открывал молодым слушателям мир, где капитал не диктовал условий жизни, где люди не думали, как выжить, где получить работу, чем кормить своих детей. При этом не скрывал и недостатков этой системы: серости быта, дефицита товаров, ограничения свободы. Они со студентами спорили, приводили аргументы, добывали материалы. Засиживались до полуночи, не желая расходиться. Анта вызывало начальство, требовало закрыть факультатив, или, по крайней мере, изменить настрой своих лекций. Он отказался, и факультатив был закрыт под каким-то формальным предлогом. Студенты перебрались к нему домой, где под видом молодёжных вечеринок он продолжал свои занятия.
Его попытались обвинить в сексуальных домогательствах, но девушка, написавшая на него заявление, вскоре отказалась от своих претензий, столкнувшись с ледяным отторжением товарищей. И тогда случилось это.
В воскресенье, когда Ант отдыхал дома, он услышал вызов телефона. Незнакомый мужской голос вкрадчиво посоветовал включить местный ТВ-канал, и сбросил вызов. Ант поколебался, но всё же последовал совету. Кадры, которые показывали журналисты, были ужасными. Утром, во время воскресной проповеди, в церковь зашли трое молодых людей, и открыли огонь из автоматов.
Полиция приехала очень быстро, но террористы успели застрелить девятнадцать человек вместе с пастором, и ранить больше двух десятков. Одного нападавшего убили в перестрелке, двоих захватили живыми. В одном из арестованных боевиков профессор с ужасом узнал парня из своей группы, который хоть и примкнул к ним недавно, но принимал активное участие в спорах. При этом его позиция была довольно странной: он защищал социалистический строй, но основным аргументом в его защиту выдвигал борьбу социалистического государства с церковью, которую парень почему-то ненавидел всей душой.
И вот такой страшный финал! Громкий процесс наделал много шума. Арестовали и допрашивали не только профессора, но и почти всех его студентов. Ант не сразу понял, к чему всё идёт. На суде выплывали подробности их разговоров, высказываний в пользу социалистического строя. При этом ребята честно говорили, что правители СССР запрещали церковь, преследовали верующих. Опытные адвокаты подавали всё это в нужном свете, и в результате профессор Ант Ривер оказался главарём террористической организации, в которую втягивал несчастных студентов, зачастую не понимающих, для чего их используют.
Суровый и неподкупный суд приговорил одного террориста к 75, другого к 90 годам заключения, а профессор получил высшую меру и отправился в камеру смертников. Если раньше так назывались помещения, где приговорённые к смерти ожидали исполнения приговора, то теперь они превратились в камеры пожизненного заключения. Либеральное общество Западного Альянса в какой-то момент сочло не гуманной даже смертельную инъекцию, не говоря уже о газовой камере или электрическом стуле.
Причём говорили не только о муках приговорённых, но и страданиях исполнителей приговоров. Широкую известность получил голливудский блокбастер о добром и мягком тюремном враче, который вынужден делать смертельные инъекции и ужасно переживать из-за этого. В конце концов, он сходит с ума, и пытается ввести яд не преступнику, а злобному тюремщику.
Фильм кончался трагически – тюремщик убивал несчастного врача. Потом началась мощная кампания на всех Интернет-ресурсах и ТВ. За отмену смертной казни высказывались политики, спортсмены, звёзды шоу-бизнеса. Их противники приводили аргументы, что даже пожизненное заключение не гарантирует невозможность побега или пересмотра дела, когда серьёзный преступник – убийца или террорист получает оправдание в силу каких-то политических игр.
Но вскоре открыли планету-тюрьму, и всем спорам пришёл конец. Это было просто идеальное место заключения. Огромный гранитный кряж на единственном экваториальном острове-континенте, пронизанный ходами и пещерами, требовал не очень большой реконструкции под «абсолютную тюрьму», как её тут же окрестили журналисты.
Безжизненный океан, ледяные полюса и ровный, мягкий климат на узкой полосе экватора. До предела автоматизированный тюремный комплекс, небольшой штат обслуживающего персонала, мощная система обороны.
Земные жители могли находиться только в камерах, а новых «постояльцев» единственный известный системе опознавания космический корабль доставлял исключительно в состоянии наркоза. Любой другой космолёт, а также люди, не относившиеся к обслуживающему персоналу, не находящиеся в состоянии наркоза и вне камер, подлежали немедленному уничтожению.
***
Продолжение по этой Дзен-гиперссылке.
***
Вторая книга цикла, "Не больше трёх секунд" опубликована и продаётся здесь https://andronum.com/product/sorokovik-aleksandr-ne-bolshe-treh-sekund/
А первая книга цикла, "Идущие через Сельву" продаётся здесь: https://andronum.com/product/sorokovik-aleksandr-idushchie-cherez-selvu/
Я выкладываю свои книги на Дзене абсолютно бесплатно, но по частям, с промежутками, таковы условия публикации в свободном доступе. По ссылкам выше можно приобрести электронную версию книги с красивой обложкой и полным текстом, по цене менее 200 рублей.
***
С приветом, ваш Ухум Бухеев