Вступление 1 января 2005 г. Федерального Закона «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» в законную силу, на первый взгляд, предоставило правоохранительным органам реальные средства обеспечения безопасности лиц, содействующих правосудию.
Право на безопасность и защиту, это одно из важнейших в системе правомочий лиц, содействующих правосудию. Основаниями для применения мер безопасности к этим лицам являются данные о наличии реальной угрозы убийства защищаемого лица, насилия над ним, уничтожения или повреждения его имущества в связи с содействием уголовному судопроизводству. Применение мер безопасности возможно как на основании письменного заявления названных лиц, так и с их согласия, выраженного в письменной форме, а в отношении несовершеннолетних на основании письменного заявления родителей или лиц, их заменяющих.
Орган дознания, следователь, прокурор, суд, судья, получив заявление или сообщение об угрозе безопасности лиц, содействующих правосудию, обязаны проверить это заявление (сообщение) и в срок не более трёх суток, а в случаях, не терпящих отлагательства, немедленно принять решение о применении либо об отказе в применении мер безопасности. О состоявшемся решении они выносят мотивированное постановление (определение) и передают его для исполнения в орган, на который возложено осуществление мер безопасности. Это постановление (определение) обязательно для исполнения названным органом.
Казалось бы, механизм «запуска», условно назовем «программы защиты свидетеля», законодательно определен, но добавляет ли он оптимизма сами лицам, содействующим правосудию. Так, согласно проведенному нами исследованию, на предложение оценить по пятибалльной шкале возможность реализации основных прав в сфере уголовного правосудия: на оценку «1» и «2» оценили возможность реализовать право на защиту (безопасность) от давления со стороны преступника (его близких, друзей и т.п.) – 58,2%; на оценку «3» – 15, 2%; на оценку «4» и «5» – 26,6%.
Анализ законодательных положений и следственной практики позволяет утверждать, что механизм обеспечения безопасности лиц, содействующих правосудию, еще далек от совершенства. И здесь мы хотим обратить внимание лишь на уголовно-правовые средства обеспечения безопасности потерпевших и свидетелей как основных участников уголовного судопроизводства в области уголовной юстиции.
Итак, вначале ответим на вопрос, что предлагает действующее уголовное законодательство в части обеспечения безопасности участия потерпевших и свидетелей в уголовном судопроизводстве. Среди основных уголовно-правовых мер здесь сразу можно обратить внимание на преступление, предусмотренное ст. 311 УК РФ «Разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении судьи и участников уголовного процесса». Анализ данной нормы позволяет определить круг потерпевших от данного деяния, среди которых законодатель прямо указывает на потерпевшего и свидетеля.
Уголовно-процессуальный кодекс РФ под потерпевшим понимает физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации (ч. 1 ст. 42 УПК). И здесь же законодатель указывает, что решение о признании потерпевшим оформляется постановлением дознавателя, следователя, прокурора или суда. Свидетелем, в свою очередь, является лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела, и которое вызвано для дачи показаний (ч. 1 ст. 56 УПК).
Как видно, в обоих понятиях определяется не только материальный признак потерпевшего и свидетеля как участников уголовного процесса, но и процессуальный: в первом случае – обязательно признание лица потерпевшим, во втором – вызов лица для дачи показаний в качестве свидетеля. Исходя из буквального толкования уголовного закона (в нашем случае ст. 311 УК), меры безопасности могут применяться (поскольку установлена ответственность за их разглашение) лишь в отношении того лица, которое признано потерпевшим или которое вызвано для дачи показаний. Но фактически угроза со стороны виновного либо его близких может быть выражена гораздо раньше. Не случайно, в ч. 2 ст. 2 Федерального Закона «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» говориться, что «меры государственной защиты могут быть также применены до возбуждения уголовного дела в отношении … очевидца или жертвы преступления …».
Таким образом, стоит указать на «разрегулированность» норм названного закона и уголовно-правовых норм (в частности, ст. 311 УК). Хотя с другой стороны мы допускаем, что уголовный закон оперирует объективными категориями. Свидетельств этому множество. Например, формулируя статью 38 УК РФ, законодатель говорит о «лице, совершившем преступление», независимо от того, признано оно таковым судом или нет.
Стоит предположить, что аналогично образом решается вопрос и в нашем случае: причинен преступлением человеку вред, значит он потерпевший в смысле ст. 311 УК, независимо от его процессуального признания в качестве потерпевшего; известны лицу какие-либо сведения по существу уголовного дела – он фактический свидетель опять же в смысле ст. 311 УК. Следовательно, правила ст. 311 УК РФ должны распространяться и на случаи, разглашения сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении фактически (объективно) потерпевшего (жертвы) и свидетеля (очевидца), независимо от их уголовно-процессуального статуса.
Кроме того, как ранее отмечалось, уголовно-процессуальное законодательство относит к потерпевшим не только физических лиц, пострадавших от преступления, но и лиц юридических. Здесь опять же вырисовывается противоречие между положениями уголовного и уголовно-процессуального законодательства. Исходя из предусмотренных ч. 1 ст. 6 Федерального Закона «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» мер безопасности, абсолютно невозможно представить себе, как такие меры могут быть применены к юридическому лицу, потерпевшему от преступления. Представляется, что толковать положения ст. 311 УК в части потерпевших следует ограниченно (ограничительное толкование), имея в виду только физических лиц, пострадавших от преступления.
К уголовно-правовым мерам обеспечения безопасности участия потерпевшего и свидетеля в уголовном судопроизводстве можно отнести факт установления уголовной ответственности за принуждение к даче показаний (ст. 302 УК) и за подкуп или принуждение к даче показаний или уклонение от дачи показаний либо к неправильному переводу (ст. 309 УК). Обоснованность данной меры не вызывает сомнений, ибо фактов «давления» на потерпевших и свидетелей достаточно много. Вместе с тем, законодательные решения в этой части вызывают не только недоумение, но и серьезные возражения.
Если данная тема вам интересна, читайте полную версию на сайте "Независимый советник".
Кстати, в библиотеке нашего сайта имеется множество книг и справочников, содержащих советы юристов по различным отраслям права, которые можно скачать бесплатно.
Чтобы читать новые публикации, обязательно ставьте лайки, делитесь материалами и подписывайтесь на канал. Наша задача - делиться с вами только полезной информацией.
Если вам нужна бесплатная консультация или совет юриста, переходите по этой ссылке.