В конце 80-х у многих были иллюзии, что сейчас, когда наступила свобода, нас ждет творческий прорыв и взлёт в небеса. Многие ожидали, что в литературе, освобожденной от пресса идеологии, появится множество шикарных произведений, которые до того годами лежали под сукном в Цензурном комитете.
Казалось, так и будет. Но недолго. Где-то с год. Потом литература стала быстро вытесняться гигантским потоком графомании, оккультизма, чернухи и невесть чего ещё. Быстро выяснилось, что «полки», на которые якобы советская цензура поставила кучу шедевров, пусты. Стало понятно, что основной задачей советской цензуры было не столько соблюдение идеологических клише, сколько отслеживание надлежащего качества и отсеивание халтуры. Ещё пару лет мы продержались на перепечатке иностранных шедевров, но и они кончились. А потом наступила пустота и сегодня всем понятно, что никакой бурной жизни в литературе нет и в помине.
Жалобы интеллигенции на советскую цензуру были жалобами на то, что за многое нужно было бороться. Однако книги и фильмы были. Зато после перестройки говорить в плане высокого художественного творчества стало просто не о чем. И, что самое интересное, творцы культуры это признают. Да, раньше была цензура, но было и искусство, а теперь вроде и свобода, а шиш.
Вглядываясь в почти буддийскую нирвану нынешней литературы, интеллигенция молчит, хотя именно она пропихивала перестройку в чаянии свободы творчества. Этот когнитивный диссонанс ею не комментируется. На короткий миг в перестройку почувствовав себя властителем дум, интеллигенция слилась, как лопнувший мыльный пузырь. А государство, раньше возившееся с писателями, как с любимыми чадами, теперь наплевало на культуру с высокой колокольни, оставив писателей наедине с собой и полной творческой свободой. И разве не об этом мечтала интеллигенция времен СССР?
Так где же шедевры?