Со своей Светланкой я познакомился, когда она училась на третьем курсе Новосибирского медицинского университета, для меня наши отношения стали первыми полноценными отношениями, мне всегда хотелось быть рядом, и как только выдавалась возможность, я с левого берега Новосибирска несся к ней на правый, нам нравилось идти, взявшись за руки вниз по Красному проспекту. мимо площади Ленина к часовне св. Николая, и дальше, и весь мир крутился вокруг нас.
Однажды мы слегка изменили маршрут и пошли через Центральный парк. Стоял сырой осенний вечер, в общем то, было тепло, листья большей частью опали и мы шли пиная их. Уже совсем стемнело, был лишь свет от редких фонарей, такую обстановку можно было бы назвать романтичной, но Светка взахлеб рассказывала о том, как их сегодня водили в морг на вскрытие, и как она ни чуточки не боялась, она конечно была такая забавная, но мне очень захотелось сменить тему, я остановился, приобнял ее за плечи и посмотрел в лицо, сделал вдох и выдохнул, в насыщенном влагой воздухе появилось облачко.
- Свет, я чувствую себя как в склепе, - сказал я, слегка оттопырив губу, типа я обижаюсь.
- Так вы же на кладбище молодые люди, - от неожиданности мы вздрогнули, мужчина произнесший эти слова появился ни от куда, по крайней мере, мы уже прошли почти всю аллею и на видели, чтобы кто то за нами шел.
- Что это значит? - мой голос осип.
Мужчина лет пятидесяти, невысокий, чуть полноватый, круглые очки в тонкой оправе, длинное драповое пальто и шляпа-котелок, он чем-то мне напомнил профессора из прошлого века, впрочем мы почти не удивились внешнему облику мужчины, здесь как раз рядом Театр музкомедии, да и Оперный недалеко так что увидеть артиста в костюме привычное дело. А вот брошенная фраза ошарашила. Мужчина коснулся пальцами поля своей шляпы, чуть склонил голову типа в знак приветствия и быстро прошел мимо, направившись к выходу. Мы оба смотрели ему вслед и когда он поравнялся с фонарем и его фигура была хорошо освещена, мы отчетливо увидели как он обронил что-то.
- Эй, вы уронили! - но мужчина, не реагируя на мой окрик, быстрым шагом удалялся прочь.
Подгоняемые любопытством, мы поспешили к фонарю так и есть, на самом виду лежала книга в кожаном переплете, очень потрепанная.
- Антикварная вещь, дорогая похоже - я поднял и раскрыл книгу, пожелтевшие от времени страницы, исписанные размашистым почерком фиолетовыми чернилами и рисунки...
- Это на латинице..., рукопись..., мы должны вернуть, может это дело всей его жизни, и такая рассеянность, - Света перехватила у меня рукопись, и побежала за мужчиной "профессором", тем временем он уже шел вышел на улицу Мичурина.
Мы почти догнали его у старинного купеческого дома, двухэтажный особняк из красного кирпича, узкие арочные окна, с причудливым обрамлением, да и весь фасад украшен сложными фигурными аттиками, рядом с современной высоткой этот дом казался таким же не от мира сего как и мужчина-профессор, мы явно видели как он вошел в дом, и буквально через пару секунд, оказались у двери, но она была заперта. И что на нас нашло, мы стучали, звонили в звонок, кричали про рукопись, казалось прошла целая вечность, пока нам отворили. Толстенная дубовая дверь с протяжным скрипом приотворилась ровно на длину цепочки, и сторож также протяжно- противно, скрипуче переспросил чего нам нужно. Мы сбивчиво стали объяснять про мужчину, который только что вошел, показывать рукопись, про себя я отметил, что сторож нисколько не был похож на того за кем мы бежали.
- Не было никого, мы не работаем, завтра приходите - и сторож захлопнул дверь перед нашим носом.
Некоторое время мы еще потоптались на крыльце.
- Знаешь, что странно, когда этот мужчина входил в дом, мы же не видели как дверь открывается, - в задумчивости произнесла Света.
Я уставился на нее, а ведь и правда я тоже не видел, чтобы дверь открывалась, сейчас до меня стало доходить, что мужчина вошел в сквозь закрытую дверь, мимо, грохоча вагонами, проехал "13-й трамвай", придав всей сложившейся ситуации еще больший мистический окрас. В полной растерянности мы побрели домой.
Рукопись Света оставила себе, это оказалось чьими-то исследованиями по хирургии, которые ей очень пригодились. Я же потом выяснил, что на территории Центрального парка действительно в начале ХХ века было кладбище, а купеческому дому на Мичурина, 6 принадлежит слава "Дома призраков", здесь располагалась тюремная больница, а сейчас контора по охране исторических объектов, и работники частенько сталкиваются с проявлением мистики. Мы же решили, что это рукопись подарок от призрака, типа от медика прошлого медику современного поколения)...