Небесный Иерусалим в «Откровении Иоанна Богослова», последней книге Нового завета, описан буквально как драгоценное произведение ювелирного искусства: он сделан из чистого золота, его стены убраны рубинами и аметистами, а 12 ворот его — как 12 жемчужин. Неудивительно, что в проникнутом христианским мистицизмом Средневековье и ювелирные камни были не просто украшениями: каждый имел своё символическое значение.
Как жемчуг связан с Девой Марией
В знаменитом «Абердинском бестиарии» (сборнике зоологических статей с иллюстрациями), созданном в 12 веке, написано так:
«Когда она [устрица] поднимается со своего места отдыха к поверхности моря, она открывает пасть и впитывает небесную росу, а вокруг сияют солнечные лучи; так внутри камня растет драгоценнейшая жемчужина, рожденная из небесной росы и сияния солнца».
Всё это делает жемчужину символом Христа в чреве Девы Марии, заключает «Бестиарий». А также символом непорочности, веры и тайного знания.
Жемчуг в Средние века не был редкостью — его добывали и в водах Средиземного моря, и в реках Британии, Ирландии, Франции. Но украшений с жемчугом из этой эпохи сохранилось очень немного. Почему? Вот золотая серёжка из клада, спрятанного торговцем ювелиркой в 15 веке в окрестностях греческого города Халкида. Жемчужины в ней просверлены и закреплены в конструкции тонкой золотой проволокой: очень ненадежная техника.
Сапфир и верность навсегда
Католическому епископу в Средние века при вхождении в должность надевали на палец кольцо с сапфиром. Всё потому, что сапфир символизировал верность в браке — а епископ, соблюдавший целибат, как бы вступал в брак с самой Святой Церковью.
То есть, перед нами — своего рода обручальное кольцо. Конкретно этот золотой перстень 13 века с сапфиром был найден в деревне Каннингтон в Сомерсете (Великобритания). В основании камня изображены две птицы с гордо поднятыми головами и распростертыми крыльями. Птиц за ноги кусают два вроде бы медведя (ученые не до конца уверены, медведи ли это). По кольцу выгравирован латинский текст «Ave Maria Gratia Plena DMI» («Радуйся, Мария, исполненная благодати Господней»).
Честность чистой воды
Прозрачный, как слеза, бриллиант — лучший кандидат в христианские символы чистоты, незамутнённости и светлых намерений. А ещё он довольно дорогой, поэтому огранённые алмазы как символы использовали преимущественно королевские дома Европы.
В 1477 году эрцгерцог Максимилиан Габсбург (впоследствии император Священной Римской империи Максимилиан I), вступая в брак с Марией Бургундской, подарил ей обручальное кольцо с крупным бриллиантом. С тех пор бриллиант стал ещё и непременным атрибутом богатых свадеб. Мария, к слову, через четыре года после славной церемонии погибла, упав с лошади на соколиной охоте. В 1494 году Максимилиан женился второй раз, на дочери миланского герцога Бьянке Сфорца — и на этой свадьбе тоже были бриллианты.
А на английском кольце 15 века, которое я здесь привожу, с одной стороны выгравирована коронованная Дева Мария с младенцем Христом, а с другой — святой Томас Бекет, преклонивший колени у алтаря с мечом, пронзающим его голову. Архиепископ Томас, вступивший в конфликт с Генрихом II, был убит клевретами короля 29 декабря 1170 года прямо по месту службы, в Кентерберийском соборе.
Всё же, Средневековье было очень нездоровым временем.