Бывают моменты, когда я не люблю свою работу. Испытываю глубокую фрустрацию, как сказали бы психологи.
Это ситуации, в которых я ничем не могу помочь. И понимаю, что помочь тут не может вообще никто.
Часто выражение лица человека, что сидит перед врачом, бывает само по себе диагностично. Опущенные уголки рта, тусклый взгляд. Лицо, будто маска грустной куклы, застыло в одном и том же выражении.
У моего собеседника депрессия.
Ему было ближе к пятидесяти (жена на несколько лет моложе), когда у них родился второй ребенок. Подвижная как ртуть маленькая девочка, что забирала все силы и внимание родителей.
Он — водитель. Она — медсестра. Малышке было чуть больше года, когда ее мама вновь вышла на посменную работу в стационар. А что поделать — нужны деньги. Сейчас девочке уже исполнилось два.
На подхвате у них бабушка, а немолодые новоиспеченные отец и мать сидят с малышкой, приходя со смен.
Отец малышки рассказал, как тяжело было в первые месяцы с ребенком. Потом стало еще тяжелее, ведь оба родителя вышли на работу, а бабушка — не няня, которой можно просто оставить деньги и указания, и все будет выполнено. Бабушка делала все по-своему, что подливало масло в огонь тлеющего конфликта.
Вечное безденежье, беспокойный маленький ребенок, бешеные нагрузки на работе — и вот в какой-то момент жена посмотрела на супруга, придя с работы, и сказала: «Я очень тебе благодарна за все, но больше не люблю тебя. Я никого больше не люблю. Я просто хочу все время спать и никуда не ходить».
Бабушка, ее мама, не преминула сообщить, что ей надо просто взять себя в руки. То есть озвучила самый нелепый и бессмысленный совет, который только можно дать женщине в депрессии.
А он пришел на прием ко мне. Потому что смутно надеялся, что если у всех в семье расстроены нервы, то невролог может помочь.
Вам нужно высыпаться, сказала я ему. «Как? Я приезжаю из рейса поздно вечером, не успеваю зайти домой, а мне уже звонят по поводу завтрашнего маршрута».
Вам нужно менять работу, сказала я ему. «Как? После сорока на работу не берут, только если ты не кардиохирург или другой востребованный высококлассный специалист.»
Вам нужно позаботиться о своем здоровье и здоровье супруги, сказала я ему. «Когда? Если я не на работе, я с дочерью. Когда прикажете сдавать анализы и делать обследования?»
И я прекрасно понимаю, что все мои слова были бессмысленны. Вот горькая правда: нигде и никак не смогут помочь человеку, который находится в тупике низких доходов, усталости, недосыпания и отчаяния. Одно тянет за собой другое, невозможно вытащить себя одним только позитивным мышлением из ловушки обязательств перед маленьким ребенком, близкими, начальством. Нужен отдых. Нужно свободное время. Нужны недешевые лекарства.
Можно подождать, пока малышка подрастет. Можно попробовать поискать другую работу, надеясь на случайную удачу. Можно позвонить по бесплатному телефону доверия и получить совет психолога, тут же его забыв, потому что психологическая помощь так не работает — нужна психотерапия, несколько сессий, которые постепенно перестроят его мышление. Все это, безусловно, можно попробовать.
Вот только эффективность всего этого стремится к нулю.
Где-то в идеальном мире у людей достаточно денег на психотерапию и няню, они успевают повышать профессиональное квалификацию и уверенно идут на повышение, учатся откладывать и инвестировать, год за годом уверенно двигаясь к процветанию. Когда все довольны, когда дети растут и радуют, когда завтрашний день не вызывает тревоги и просишь у Бога только одного — здоровья.
Но это не та ситуация. И помочь, увы, ничем нельзя. Потому что проблема эта социально-экономическая, а не медицинская.
Идти в такой ситуации к неврологу — все равно что приложить подорожник к открытому перелому ноги.
Что думаете?