Наряду с хорошей гусиной охотой, Север известен, конечно же, и рыбалкой на горбушу, омуля, гольца, семгу и множество другой рыбы. Столь же древнее занятие как и охота, только без затрат каких-либо ресурсов, тихое и спокойное. Начнешь говорить с кем-то, и тема беседы, пройдя через добычу гусей и куропаток, обязательно придет также и к рыбной ловле.
Местные профессионалы здесь добывают рыбу в морях и крупных реках при помощи сетей, но это удел рыболовецких хозяйств, занимающихся большим настоящим промыслом. А тому, кто не собирается забивать рыбой пару морозильных камер, интересней будет поработать удочкой на какой-нибудь пустынной речке.
Я припоминаю, как однажды мне пришлось ехать в караване вездеходов. Все вездеходчики были очень серьезными людьми, для которых на первом месте стояла их работа. Машины шли через желто-коричневую тундру на юг от побережья Баренцева моря в течение двух дней в общей сложности.
Вот ты едешь по тундре, которая кажется совершенно плоской. Солнце светит с блеклого полярного неба: оно тут совсем не такое, как далеко на юге. Трудно описать это словами, но арктическое небо ты ни за что не спутаешь с тем, которое висит, скажем, над Сыктывкаром или Москвой, даже если не будешь видеть вокруг ничего, кроме здешних фигурных облаков.
Реки пока не заметно. И может даже показаться, что ты находишься практически на уровне моря. Об этом явно говорят небольшие озёрки, встречаемые по пути, и мелкие ручейки.
Иногда приходится огибать заросли ивы, которая едва достает человеку до груди, но продраться через которую могут только олени или гусеничный вездеход. Так и едешь, видя то стланик, то спутанную мокрую траву. Через умершие бурые стебли пробиваются новые зеленые, и все это перемежается лужами. Идти по такому пешком — сущее мучение. Хоть тут и нет никакой трясины, но все равно вся сила шагов скрадывается мягкостью травы. Ехать гораздо проще.
Однако топь вдруг резко заканчивается хорошо заметной ступенькой. И там, за ступенькой, сразу становится тверже. Помимо травы здесь появляется лишайник беловато-голубовато-зеленоватого цвета, и среди лишайников виднеются отдельные кочки, сплошь состоящие из сиреневых цветов. Двумя белыми точками вдалеке ходит пара лебедей что-то выискивая на земле.
И вдруг землю рассекает широкий овраг. В этот самый момент оказывается, что все это время ты двигался по плато, а настоящий-то «нулевой» уровень — вон он, внизу! Там где вода с шумом перекатывается на камнях, струясь по руслу, зажатому между двух крутых обрывов, местами из которых выступают острые края слоистой каменной породы.
Вот так стоило нам где-то на середине маршрута остановиться у одной мелкой реки, как эти серьезные ребята вездеходчики тут же просветлели лицами, подоставали откуда-то свои снасти, и побежали с ними на галечную отмель. Спустя полчаса они уже возвращались с добычей к месту нашей стоянки — то было штук пять крупных хариусов. Вот так вот, без лишней суеты, без долгих поисков места эти люди наловили рыбы.