Это в старые времена бородатые матросы с медными серьгами в ушах могли запросто заводить на судне попугаев, собак, мартышек, да хоть медвежат - лишь бы судовое начальство не возражало.
Впрочем, и сейчас, ежели ваше плавсредство не пересекает границ, проблем практически нет. Другое дело засветить своего любимца перед портовыми властями чужой страны при отсутствии всяческих сертификатов на него, а также подтверждения, что животное содержится в надлежащих по мнению этих гуманистов (анималистов?) условиях.
Но мы же понимаем, что на судне достаточно мест, где можно скрыть кота на период выполнения формальностей по приходу в порт, а кто же будет таскаться с ним по ветеринарам и куда там еще, чтобы выправить все бумаги, люди меняются через 4-6 месяцев.
На снимке один из первых моих опытов фотошопа. На самом деле наш кок Захарыч такого бы кощунства не допустил.
Рыжик появился у нас в возрасте котика-подростка и покорил всех своим добрым нравом и аккуратностью. Все свои дела он совершал в строго отведенном месте - ватервейсе (это как бы сказать - канавка на палубе, по которой вода с нее стекает за борт) так что с точки зрения гигиены он проблем не создавал, пищу не похищал, охотно вступал в игру со всеми, кто ему это предлагал. В машинное отделение он, конечно не ходил, зато часто нес вахту на мостике. Побывал несколько раз за границей, но на берег не сходил. Со временем он превратился в красивого кота, нередко занимался лечением тех, кто в этом нуждался.
Вот на снимке наш третий механик Макс. Идет погрузка зерна ранней весною, непрерывно налетают дожди, трюмы надо немедленно закрывать, чтобы не намочить груз, однако на погрузку выделяется определенный срок - только перестает капать, крышки опять поднимают. Это многотонные конструкции, механизмы открывания дышат на ладан, Макс, в чьем заведовании они находились, практически не отходил от них. В короткий промежуток между дождевыми зарядами, простуженный, он прилег на диванчике в коридоре. Рыжик тут же прибыл оказать посильную помощь:
Рыжик был девственником, и вот в порту Ейска он повстречался с развратной соблазнительницей с другого судна. Она сама пробралась к нам на борт и увлекла его в пучину страсти. Влюбленные бегали по палубе, крышкам трюмов и трапам. Периодически она уводила его за собой с судна неведомо куда. Это продолжалось всю погрузку. Однако к отходу судна, как и подобает моряку, он вернулся на борт.
Мы отходили ночью, было холодно, за волноломами, ограждающими акваторию порта, плавали большие рыхлые льдины. Я не был свидетелем трагедии, но ребята из ютовой швартовой команды рассказывали потом, что во время прохождения ворот брекватера он выскочил на корму и заметался вдоль борта, поняв, что навеки разлучается с любимой. А когда судно вышло за пределы порта, подбежал к швартовному клюзу (это отверстие в фальшборте, сквозь которое проходят швартовые концы. А фальшборт - это металлический забор вдоль палубы, чтобы никто не вывалился в море) и бросился на проплывавшую мимо льдину.
Никто не успел опомниться, как вращающаяся в струе льдина исчезла во мраке. Ни о каких мероприятиях по спасению не могло быть и речи, судно шло по входному фарватеру под управлением лоцмана, останавливаться и изменять курс там запрещено, да и тьма, напирающие на борта и отваливающие в сторону льдины...
Мы, конечно, тешили себя надеждой, что возможно... но сами понимали, что это просто попытка оттолкнуть от себя печальную истину.
Вот, казалось бы, подумаешь, какой-то там кот, а вспомнишь - и защемит душу, когда представишь отчаяние и безнадежность, которые он испытал в конце своего земного существования.
подписывайтесь , не все мои истории столь грустны...