Старожилы помнят, что на нашей улице когда-то стояли бараки и в палисадниках росли фруктовые деревья. В мае вся округа закипала бело-розовым цветом, а осенью с деревьев сыпались мелковатые плоды.
Бараки снесли к юбилею советской власти. Чтобы место не пустовало, посадили ясени и липы.
Фруктовые деревья тихо вымирали, и до наших дней дожили всего три яблони. Теперь осталась одна.
Яблоня такая сильная, что липы рядом с ней не растут. Она разбросала ветви во все стороны и никого не пускает на свою территорию. Она царствует и над тротуаром.
Дерево раздваивается в самом низу, и два ствола сначала переплетаются, а потом расходятся в стороны, касаясь ветками, будто сестры-близнецы за ручки держатся.
В начале мая стояли холода, и яблоня зацвела поздно. Сейчас у нее праздник.
Японцы любят смотреть, как осыпаются лепестки с отцветающего дерева. Они отыскали в этом явлении скрытый смысл. Один даже влюбился в цветущую сакуру и написал четыре строчки о своем переживании:
Уйти, исчезнуть, раствориться,
С водой, с дождем весенним слиться,
Забыться, стать зеленой веткой
И слушать тонкий голос ветра.
Если станешь под яблоней и закроешь глаза, то почувствуешь, какие легкие веют здесь ветерки. Это ее неслышное дыхание.
Образы райского сада, и грезы, и сновидения, бывшее и несбывшееся, и вовсе невозможное – все приходит, и кружится, и теряется в шорохе лепестков.
Вчера один пьяный весь вечер стоял у яблони. Что-то он ей говорил, гладил ствол, ловил белые ее лепестки и даже плакал, отвернувшись от прохожих. Что ж, выпил человек, какой с него спрос.
А трезвые всё ходят мимо, никто на яблоню и не посмотрит.
Tags: ПрозаProject: MolokoAuthor: Барсукова О.М.