Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Стакан молока

Под лихим огнём вставая

*** «Все для фронта!» – бывало, скомандует сумрачный старший. «Для победы!» – сквозь ругань и лай отзываются кашлем в груди. Ломом яму долбили во льду для смертельно уставших. Без крестов и имён, без оград и наград: «Победим!» В том краю – беспредельно холодном, безжизненно лютом, В память ратных побед – перекрестия рельсов и шпал. Отгремят ли когда-нибудь залпы победных салютов Над могилами тех, кто и здесь, кто и так... воевал? *** Бабушка, мой милый ангел, Мой хранитель на века. Ты в каком небесном ранге Так незримо далека? В керамическом овале Образ твой и чист, и свят. Там, куда тебя позвали, Адресов не говорят. Где теперь тебя искать мне? Здесь ли следующий дом? - Белый памятник из камня Не сдаёт дома в наём. Над могилкой месяц ранний - Озаряет город Брест. Вновь сочится старой раной Нарукавный красный крест. Под лихим огнём вставая, Забывая боль и страх, Воевала фронтовая Медицинская сестра. Выносила с поля боя: «Братец, миленький, держись!» Снились небо голубое И бинты длин

***

«Все для фронта!» – бывало, скомандует сумрачный старший.

«Для победы!» – сквозь ругань и лай отзываются кашлем в груди.

Ломом яму долбили во льду для смертельно уставших.

Без крестов и имён, без оград и наград: «Победим!»

В том краю – беспредельно холодном, безжизненно лютом,

В память ратных побед – перекрестия рельсов и шпал.

Отгремят ли когда-нибудь залпы победных салютов

Над могилами тех, кто и здесь, кто и так... воевал?

***

Бабушка, мой милый ангел,

Мой хранитель на века.

Ты в каком небесном ранге

Так незримо далека?

В керамическом овале

Образ твой и чист, и свят.

Там, куда тебя позвали,

Адресов не говорят.

Где теперь тебя искать мне?

Здесь ли следующий дом? -

Белый памятник из камня

Не сдаёт дома в наём.

Над могилкой месяц ранний -

Озаряет город Брест.

Вновь сочится старой раной

Нарукавный красный крест.

Под лихим огнём вставая,

Забывая боль и страх,

Воевала фронтовая

Медицинская сестра.

Выносила с поля боя:

«Братец, миленький, держись!»

Снились небо голубое

И бинты длиною в жизнь

И в одну шестую суши.

Спит душа...

Проснись, страна!

Ангелы поют всё глуше...

Всё морозней тишина...

МАЙ СОРОК ПЯТОГО

Барахолка в обугленной каменной крошке.

Суетливые фрау в переднем ряду:

– Дивандеки, наряды, губные гармошки -

«Битте, битте, зольдатен», в обмен на еду.

Принимало трофеи голодной украдкой

Вещмешка холостое нутро:

Фройлен-кукла, чулки, перстенёк, шоколадка,

Портсигар. Позабытый патрон.

До Берлина с боями шагали три года,

А обратно – в теплушках за пару недель.

Подступали полком, а разъехались взводом.

Хорошо, что весна. Не метель.

Под напевную сказку медалей негромких

По пути вспоминал уцелевший отряд,

Как ходили в атаку и как похоронки

Устилали победный «ни шагу назад».

И души огневая бетонная точка

Наконец оживала, в боях прожжена –

Когда новую куклу баюкала дочка.

И в чужой фильдекос наряжалась жена.

Tags: Поэзия Project: Moloko Author: 
Белкин-Ханадеев Игорь