«Не торопись решать проблему,
возможно, она - не твоя».
Из жизненного опыта Вивда.
Ночью дождь кончился, небо разъяснило. К утру заметно потеплело. Погода, явно, шла на улучшение. С первыми лучами солнца, армия двинулась дальше.
«Хоть что-то, в этом забытом Богом краю, может не только портиться», - Кайла была в хорошем настроении. Рыжие волосы полыхали на солнце, порывистый ветер взвивал юбки, оголяя стройные щиколотки, лицо разрумянилось. Сидя на телеге, она что-то мурлыкала себе под нос и барабанила пальцами по крышке сундука.
«Я, дядюшка, тут, кое-что придумала. Засиделся ты в сундуке. Опять же, скоро нас всех пересчитают. Вечно быть невидимым ты не можешь. А, что там, в столице, неизвестно. А, дельных предложений от тебя никаких», - Вивд насторожился, - «короче, будем тебя внедрять в массы».
«Что ж ты меня так пугаешь, детка. Я, уж, Бог весь что подумал. Ты бы как-то поделикатнее со мной, нервы мои расшатаны, здоровье подорвано», - Вивд настроился на жалостливую ноту.
Кайла прыснула, но тон сменила.
«Как бы это тебе помягче сказать? Есть тут в одном обозе барышня. Росточка небольшого, комплекции увесистой, нрава весёлого. Вчера, пока ты в сундуке здоровье своё поправлял, я прогулялась немного, с народом пообщалась. Оказывается, леди эта, слегка приболела. Товаркам своим она и здоровая не была нужна, а теперь и вовсе, ждут не дождутся, когда она околеет. Вот я и подумала, не взять ли нам её к себе, в обоз».
«Кайла, я ценю твою заботу обо мне, моих нервах и так далее, но не могла бы ты рассказывать свой план пошустрее», - толстяк начинал закипать.
«Ну, дядечка, на тебя не угодишь. Напористо говорю – плохо, мягко говорю – опять плохо. Ты уж как-то определись», - негодница обиженно поджала губы.
«Милая, меня сейчас разорвёт от любопытства, и не будет у тебя дяди. Скажи, наконец, зачем нам нужна эта старая калоша».
«Видишь ли, эта, как ты совершенно справедливо заметил, старая калоша, несомненно, имеет определённое внешнее сходство с тобой», - Вивд похолодел – «мы тебя переоденем в неё, а её, когда она помрёт, втихую похороним».
«А, если она не помрёт?» - ещё оставался шанс избежать позора.
«Тогда она будет ехать в сундуке вместо тебя», - судя по металлу в голосе, Кайла всё уже решила, имело смысл только обсудить детали.
План был прост. Устроить девичник, напоить «кого надо» до потери памяти, изъять нужную тётку, вместе с её скарбом. Успех гарантировало абсолютное наплевательство всех на всё. Операцию назначили на ближайшую ночь.
Всё прошло как по маслу. Ещё не рассвело, а дивная, слегка усатая матрона уже похрапывала в деревянном пристанище. Куль с вещами был разобран. Вивд в пестрой юбке, пожухлом кафтане и стоптанных башмаках восседал на телеге. На голову повязали платок. В целом, получилось неплохо.
Следующие два дня не были отмечены какими-то знаменательными событиями. Караван двигался, Вивд привыкал к новой роли, маркитантка пребывала в забытьи. Кайлу несколько беспокоило, что к поверке, которая должна состояться перед самым въездом в город, мадам, возможно, будет ещё живая. На этот случай заготовили запасной вариант. Было решено, что во время ночной стоянки они отнесут сундук с содержимым подальше от тракта, оставив в нём некое количество продуктов и воды. Таким образом, вместе с шансом на жизнь это падшее существо обретало шанс на свободу. Правда, какой смысл здесь имела свобода и что с ней можно делать ни Вивд, ни Кайла пока не знали.