Экономическая социология не сводит один предмет к анализу нерациональных действий и не отрицает важности рационального действия. Она готова рассматривать рациональное следование индивидуальному интересу в качестве исходного мотива.
Тем не менее есть важные различия между экономической теорией и экономической социологией.
Экономическая теория рассматривает рациональность как постоянный признак поведения. Нерациональный — маргинальный признак, которым можно пренебречь. И в то же время, для экономистов рациональность — универсальная черта человеческого поведения.
Экономическая социология опирается на другие черты: рациональность рассматривается как переменная величина, предмет для изучения. В то время, как нерациональность — важный признак, хотя менее понятен для изучения. Рациональность здесь различают по группам, историческим периодам и культурам.
Важно рассмотреть классическую типологию Макса Вебера. Он выделил 4 типа социального действия.
Конечно, целерациональное действие более ближе к экономическому, но и другие формы не могут считаться нерациональными. Каждое из них по своему устойчиво, хотя и имеет разные мотивы. Каждое из этих типов представляет определенную форму рациональности, которую нужно выявить. Для социолога это и становится предметом изучения.
Цель рационального действия не то что бы желательно, просто оно более распространено, а интерес представляют все типы, без исключения.
Для социолога нет универсального содержания — общего для всех стран и народов. Здесь не обойтись без М. Вебера, который ввел два типа рациональности: формальная и содержательная.
Важно понимание того, что рациональность выступает во множестве форм в разных группах и сообществах с разными институтами и культурой. При этом граница между рациональными и нерациональным действием зависит от социального контекста и способа меняться со временем.
Все факторы взаимодействия друг с другом зависят от традиций, норм и представлений другим человеком о той или иной ситуации. Поэтому то, что выглядит рациональным в одной среде, в другой может оказаться нелепостью.
Так вот, границы между рациональны и нерациональным действительно социально укоренена и обусловлена (структурно, культурно и институционально) в этих социальных отношениях.
Способы рациональности множественны, т.е. стремятся к собственному благу разными способами и зависят от среды, в которую мы вовлечены.
Так многие экономисты и социологи пытаются упростить себе жизнь и выстроить определенные иерархии культур (цивилизованные, нецивилизованные, традиционные и модернизированные) и, соответственно, все выстраивается в логичные структуры.
Но исключительно социологи видят общество, развивающееся не по траектории — от менее к более рациональным. Каждое общество специфично и развивается по своей собственной траектории. И поэтому социолог — это не тот, кто интересуется универсалями, а тот, кто занимается типологическими различиями.
И в этом смысле для эконом-социолога разделение между рациональным и нерациональным относительно. И границы между этими понятиями могут меняться и двигаться в зависимости от нахождения в каком-то определенном сообществе.