Пыш с самого начала назначил себя моим котом. И подчеркивал это при каждом удобном случае. Одним из самых наших с ним любимых трюков был такой: я похлопывала себя руками по плечам, и Пыш взлетал мне на грудь, обнимая за шею лапами. Милота необыкновенная! Видевшие это гости обычно начинали шмыгать носом и говорить:
- Это просто дождь пошёл!
Как только я садилась в кресло, Пыш тут же оказывался рядом с видом:
- Я тут мимо шёл, решил в кресле полежать. О, ты тут?! Надо же, какое совпадение… Придётся тебе подвинуться. – И, разумеется, втискивался.
Иногда они втискивались с Тиной пару, тогда мне самой места оставалось буквально только дышать. Но зато любоффф!
Ещё Пыш очень любил целоваться. Вот так:
Прямо не кот, а… безобразие, в общем. Но опять же – мимими и милота в одном флаконе, правда?
Еще я очень любила читать в позе, которая вам, может быть, покажется странной, но поверьте, очень удобная. Я облокачивалась пузом на пуф, а книга лежала на полу. Спина расслабляется классно, можете проверить! А после сидячей работы – самое то! И вот Пыш, конечно, этим пользовался и спал у меня на спине.
Ну и наша с ним любимая фишечка: висение на шее!
А ещё у нас с Пышем был одинаковый температурный режим. Поясню: с моим дражайшим супругом мы никогда не сходимся во мнении о комфортной температуре. Мне всегда холодно, ему всегда жарко. Поэтому мимимишное супружеское спаньё под одним одеялом – это вообще не про нас. Хотя бы потому, что в то время, когда я сплю под двумя одеялами, мой муж… нет, не под одним. Он спит под простынкой. И ему комфортно, ёлки-палки!
В своё время я наслушалась много-много примет на тему того, что непременно надо спать под одним, иначе однозначно – развод! Ну… то ли я в приметы плохо верю, то ли они на мне не работают.
Ну а Пыш – он полностью разделял моё мнение о том, что спать надо тепло. Поэтому стоило мне залезть в постель и свить себе уютное гнездо из одеяла под привычное подкалывание супружника, как рядом появлялся Пыш. Он молча начинал бродить вдоль гнезда в поисках щёлки. Но я-то мастер! Никаких щелей для подкроватного монстра! Тогда кот начинал громко сопеть мне в лицо: мяукать ему не позволяло достоинство. Разумеется, долго я не выдерживала и слегка приподнимала одеяло. Пыш тут же цеплял когтём край одеяла и набрасывал его себе на голову – у него это получалось виртуозно. Ну, а потом втягивался внутрь, не забывая и хвост.
Под одеялом он не сворачивался калачиком, как это делают многие коты. Он вытягивался вдоль меня и начинал похрапывать! На что мой муж иногда ревниво бурчал, что, вообще-то, в доме и одного храпящего мужика хватает. Я соглашалась:
- Конечно, хватает. Но ведь ты не храпишь! А кто-то же должен от меня отпугивать диких зверей. Вот он и отдувается!
Крыть было нечем.