Пятьдесят оттенков судьбы

– Повторите, что именно вы сказали у подъезда, - юрист сняла очки и посмотрела прямо на меня. Я повторила. Она не перебила ни разу. Только отодвинула папку, чуть наклонилась вперёд и сказала: – Если это слышал свидетель, вы пришли уже не просить помощи. Вы пришли закрепить свою позицию. В тот миг я даже не поняла, почему она так сказала. Руки у меня были ледяные. Хотя в кабинете было душно. Я сидела на самом краю стула и думала только об одном: не расплакаться, не сорваться, не начать опять рассказывать жизнь с самого начала...

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ · ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА Глава ПЕРВАЯ Белый офицер в красном поезде Ноябрь 1919 года. Перегон Харьков - Полтава. Поезд шёл без огней. Такие вещи почему-то запоминаются на всю жизнь. Не лица, не слова, не даже выстрелы. А вот это странное ощущение чёрной степи за окном, когда состав ползёт в темноте, будто сам боится выдать, что он живой. Владимир Ланской потом многое забудет. И людей забудет, и станции, и чужие фамилии. Но эту ночь не забудет никогда. Бронепоезд "Красный Урал" шёл медленно, почти на ощупь...

Ночью гипс чесался так, что Наташа чуть не заплакала от злости. Она сидела на диване, положив больную ногу на табуретку, и смотрела в чёрное окно, которое сама не домыла в тот апрельский день. А потом открыла телефон и полезла туда, куда лезть было нельзя. Сначала она даже не поверила, что это всерьёз работает. Экран светил в лицо холодным белым светом. В комнате тикали часы, на кухне гудел холодильник, а в ноге, под гипсом, ныло так ровно и упорно, словно кто-то маленький и вредный долбил ложечкой по кости...

Соседка просунула через забор плотный конверт и сразу отдёрнула руку, будто боялась, что я схвачу её за запястье. Потом наклонилась ближе и шепнула: – Только смотри не при нём. А то выкрутится. У меня в пальцах так и осталась мокрая прищепка. Простыня соскользнула на траву, ветер дёрнул её край, а Лидия Петровна всё ещё стояла у забора и смотрела на наши окна с таким блеском в глазах, будто уже видела, как у меня рушится жизнь. На белом конверте не было ничего. Ни имени, ни подписи. Только тёмный след в углу, словно его долго мяли в влажной ладони...

НАЧАЛО Слава пришла тогда, когда он уже научился жить без неё. Деньги - когда годы унижения были позади. Рядом оказалась женщина, которая поверила в него раньше всех. Но именно в этот момент прошлое снова постучало в дверь. В гостиничном номере было так тихо, что он услышал, как шуршит бумага у него в руке. Роман вошёл, не зажигая свет, положил ключ-карту на стол и только потом разжал пальцы. На белой скатерти остался детский рисунок. Сын отдал его перед вылетом молча, будто передавал не листок, а что-то важное...