1001 и одна душа из другого мира

В первый вечер мать спросила, почему я пришёл без хлеба. Я стоял в прихожей с пакетом для строительного мусора. Утром в этой квартире не было даже табуреток. Грузчики вынесли мебель, я перекрыл воду и сфотографировал показания счётчиков. На снимке за моей рукой виднелась голая стена с жёлтым прямоугольником от буфета. Теперь буфет стоял на месте. На его дверце, как всегда, висело полотенце с петухом. Из кухни тянуло поджаренной мукой. – Ты опять без обеда? - спросила мать. - Разувайся. Только пакет свой не ставь на стол...

У Алисы из кармана торчала еловая веточка. Зелёная, с мягкими светлыми кончиками, хотя за окном был ноябрь и на нашем посёлковом магазине уже неделю висела гирлянда. Она сидела у меня на кухне в застёгнутой куртке и держала чашку обеими руками. Чай давно остыл. – Нина, если я скажу, что видела другую себя, ты кому-нибудь позвонишь? Я выключила телевизор в соседней комнате. – Смотря кому тебе нужно позвонить. – Никому. Мне нужно, чтобы ты сначала послушала. Мы жили через забор почти четыре года. Её Мишка бегал ко мне за яблоками, я брала у неё стремянку, летом мы вместе ругали слизней...

В тот день кофе пролился на мой рукав ровно в семь сорок две. Не на блузку, не на пальто, а на старый серый свитер, который я надевала только дома. Я вообще не собиралась заходить в кофейню. Просто опоздала на автобус, замёрзла и увидела на углу знакомое жёлтое окно. Внутри было тепло. Пахло молотыми зёрнами, мокрыми куртками и корицей. За дальним столиком сидела женщина лет сорока. Перед ней стояли три бумажных стаканчика. Она смотрела не на кофе, а на свободный стул напротив. Я заметила это, потому что сама всегда замечаю людей, которым страшно...