Жизнестории

Видимо, в своей же семье я - лишний элемент, потому что даже в этой ситуации семья встала не на мою сторону. Подумаешь, муж изменял! Это же такие пустяки! А вот то, что он, бедняжечка, попал в больницу из-за своего адюльтера, - это уже проблема. Но я должна быть выше этого, я должна понять, простить, навещать в больнице, таская контейнеры с домашней едой, поддерживать морально и заверять, что он самый-самый лучший. У меня же в связи с этим только один вопрос: а какого, собственно, хрена? Муж мне...

Золовка напрашивалась с нами в отпуск целых полгода. Как муж обмолвился, что мы едем на море, так и началось нытьё, что она тоже хочет на море. Казалось бы, взрослая тётя, уже двадцать семь лет: хочешь на море - езжай. Но тут закавыка: у Златы никогда нет денег. Она работает, родители ей помогают, но деньги в этих загребущих ручонках не держатся вообще. Всё сразу спускается на новые шмотки и косметику, в карманах гуляет ветер, а золовка думает, как бы ещё и в наш карман забраться. Но тут уж я против...

Дочь то ли сама себя перехитрила, то ли переоценила свои силы, но поступила очень неразумно. И ведь не стала никого слушать! Хотя я ей, как могла, разложила по полочкам, с чем именно ей придётся столкнуться. Нет, Рита решила всё сама, ещё и на нас всех наорала, что мы, видите ли, бесчувственные и чёрствые, раз «хотим бабушку куда‑то сдать, как ненужную вещь», а не сами ухаживать. Скандал был знатный, с криками, слезами и хлопаньем дверями. А ведь ситуация простая и страшная одновременно. У мамы мужа — у моей свекрови — деменция...

Вообще-то я не привыкла подслушивать. Не люблю эти истории, когда кто-то стоит у двери с ухом к замочной скважине. Но однажды так сложилось, что я стала невольным свидетелем (или, точнее, слушателем) одного разговора. Мы ночевали на даче у свекрови. Домик маленький, стены тонкие, и если кто-то шуршит на кухне, это слышно даже из дальней комнаты. Я уже почти засыпала, как в гостиной услышала голоса. — У Анютки день рождения, круглая дата, — сказала свекровь. — Да уж, на юбилей чем‑то символическим не обойтись, — ответил свёкор...

Моя семья – моя гордость. Вот правда. Мы, в отличие от некоторых других граждан, почти никогда не ссоримся со своими близкими. Ну то есть не то чтобы мы все в нимбах и с крылышками, нет. Спорные моменты, конечно, бывают. Но у нас как‑то из поколения в поколение вбит принцип: есть проблема – разговариваем, а не устраиваем цирк с битьём посуды. Кто‑то кому‑то наступил на любимую мозоль? Окей, бывает. Пошипели между собой, остыли, сели, обсудили. Потому что… блин, а кому мы ещё нужны, кроме своих? Родители, сёстры, братья, бабушки, дедушки – это же наш главный тыл...