Жизнь в деталях | Рассказы и истории

Виталий с упорством тёр ладони, стараясь вывести машинное масло, въевшееся в кожу так глубоко, будто оно было с ним с детства. Обычное мыло почти не помогало, скраб тоже не давал заметного результата. Помогло бы разве что едкое средство, но после него кожа горела, словно он прикоснулся к раскалённой плите. – Ишь, какой у нас аккуратист, – рассмеялся Степан, заглянув в уборную. – Так и всю кожу сотрёшь. Уже полчаса тут возишься. Виталий плеснул в его сторону водой, вытер руки полотенцем и поправил рубашку перед зеркалом...

– Девочки, вы заметили, какие симпатичные ребята учатся на соседнем потоке Лерка вошла в комнату общежития с мечтательной улыбкой и, не снимая сумки, опустилась на край кровати. – Глаза сами выбирают, на кого смотреть. Вот бы познакомиться с кем-нибудь из них поближе. – Лера, тебе бы только знакомства заводить, – рассмеялась Геля, не отрываясь от конспекта. – Ты сюда учиться поступила или за кавалерами охотиться? До второго курса тебя как пропустили? – Одно другому не мешает, – фыркнула Лера. – К тому же преподаватели у нас почти все мужчины...

– Анфиса Фёдоровна, вас в холле ждёт супруг, – дежурная медсестра Лиза заглянула в палату интенсивной терапии, где доктор осматривала недавно поступившего пациента с астмой. – Скажите ему, что я подойду, как только закончу обход, Лизочка, – попросила врач и снова повернулась к больному. – Сегодня дыхание заметно ровнее. Думаю, вас уже можно перевести в обычную палату. – Доктор, а домой меня не отпустите? – с надеждой спросил пациент. – Пока рано. Вам нужно пройти ещё несколько капельниц и физиопроцедуры...

Валентина внимательно смотрела на Аллу, которая сидела напротив и беспокойно перебирала пальцами край платка. Невестка явно не находила места от тревоги, хотя пыталась держаться ровно. – Алла, что произошло на этот раз? – мягко спросила Валя. Жена брата едва заметно кивнула, и глаза у неё заблестели. – Я уже не понимаю, что с Иваном творится. Он и прежде ревновал меня без причины, а теперь рядом с ним стало совсем тяжело. Алла закрыла лицо ладонями, через минуту убрала их и посмотрела на Валентину с просьбой...

С улицы тянулся резкий дробный гул перфоратора. Один из дорожных рабочих вскрывал асфальт у обочины, и каждый удар отдавался в висках. Пётр, прижимая ладонь к ноющей голове, закрыл окно, однако облегчения почти не стало. Вместо уличного грохота кабинет тут же наполнился тяжёлым, неподвижным воздухом. Октябрь в тот год словно не мог выбрать себе настроение. Тёплые дни, почти летние по зною, сменялись промозглыми утрами, мокрым снегом и колким ветром. Ночами всё чаще прихватывало морозцем, и к рассвету крыши серебрились инеем, а лужи на дорогах затягивались тонкой ледяной плёнкой...