СССР и теперь. В деталях

Гранёный стакан был знаком почти каждому: он стоял дома на кухне, встречался в столовых, поездах и у автоматов с газировкой. Его узнавали по тяжёлому стеклу, звонкому краю и характерным граням на стенках. Главное в этой форме была практичность. Стакан должен был выдерживать постоянную нагрузку, удобно лежать в руке и подходить для массового производства. У этой вещи нет одной даты и одной причины появления. Никто не сидел за чертежом и не выводил формулу: «нужно сделать именно 16 граней». Знакомый вид складывался постепенно — из требований производства и реального использования...

В советском доме хороший полиэтиленовый пакет выбрасывали примерно с той же лёгкостью, с какой выбрасывали исправную кастрюлю. То есть никак. Покупки выкладывали, пакет аккуратно складывали и убирали до следующего раза. Если он был особенно красивый, импортный или с каким-нибудь невиданным рисунком, к нему относились почти с уважением. Такой пакет мог ходить в магазин годами. Иногда его мыли. Сейчас мыть пакет в раковине выглядит довольно странно. А тогда странным было как раз выбросить его после первого использования...

Когда у ботинка отваливалась подошва, на мусорку он не отправлялся. Его несли к сапожнику. С утюгом было примерно так же. С холодильником, часами, пальто, стулом. Что-то меняли, что-то подклеивали, что-то перебирали. Иногда после ремонта вещь выглядела не лучше, зато снова работала. В СССР хорошую вещь ещё надо было купить, поэтому выбрасывать её из-за первой поломки никому особенно не приходило в голову. Шкаф покупали надолго, холодильник тоже, а на хорошей обуви набойки могли поменять не один раз...

Телевизор сломался. Новый покупать никто не собирался. Сначала надо было выяснить, нельзя ли починить этот. Кто-то подходил и крутил ручки. Потом звал человека, который умел крутить их профессиональнее. Иногда помогал лёгкий удар ладонью по корпусу. Метод сомнительный, но телевизоры почему-то его понимали. Если не помогало, вспоминали знакомых. — У Беляевых муж в телевизорах разбирается. Муж Беляевых приходил вечером с отвёрткой, снимал заднюю крышку и минут двадцать туда смотрел. Из комнаты детей обычно выгоняли...

У человека были деньги и нужны были ботинки. Казалось бы, задача нехитрая: приходишь в обувной, выбираешь, платишь и уходишь довольный собой. Именно на слове «выбираешь» советская торговля иногда начинала давать сбой. И не надо обвинять обувную промышленность. Ботинки в магазине были, даже несколько пар. Одни — сорок шестого размера, другие вполне годились, если вы женщина лет семидесяти. А человеку нужен сорок второй. — Завтра зайдите. Завтра он заходил. Сорок второго по-прежнему не было, зато появлялась надежда, что «на следующей неделе что-то привезут»...