ЖЕНСКИЕ ИСТОРИИ (А.П.)

Они не любили друг друга. По крайней мере, ей так казалось. В детстве она тянулась к бабушке — к её пахнущей пирогами кухне, к шершавым ладоням, к старому пуховому платку. Но бабушка всегда смотрела сквозь неё, туда, где стоял папа...

Она вышла за него замуж, когда мальчишкам было двенадцать и пятнадцать. Старший, Денис, уже носил взрослые ботинки и смотрел на мир исподлобья. Младший, Паша, ещё пускал пузыри в компоте и свято верил, что мама — самая лучшая...

Точнее, она знала и то и другое уже недели две, но утром 14 октября факты сложились в картину, отрицать которую было невозможно. Тест — две полоски. Телефон — тишина в ответ на миллионный звонок. Его страница...

Ей стало плохо в среду. В обычную такую среду, когда надо собрать старшую в школу, младшему завязать шнурки, а мужу положить в сумку контейнер с рисом и котлетой, потому что он забывает обедать, а потом у него болит желудок...

Жила в Луговом Дарья. Дом у нее ладный, с резными наличниками, а вот счастья Бог не отмерил. Муж её запил и ушёл к другой, когда дочке Аленке семь годков стукнуло. Осталась Дарья одна с двумя руками работящими да сердцем материнским...

Она купила тарелку на блошином рынке за семьдесят рублей. Чем-то она ее зацепила с первого взгляда. Хотя в целом это была обычная тарелка, белая, с синим ободком по краю и маленькой трещиной, которая шла от каёмочки почти до центра...

Это были не ложные схватки. Их она проживала уже три дня, привыкла к ним, тренировочным, научилась дышать, ходить кругами по кухне, гладить огромный живот и говорить туда: «Ну тише, тише, мы ещё не собрались»...

Клавдии было тридцать семь, и она вдруг поняла, что её жизнь похожа на идеально упакованный контейнер для обеда: всё по отделениям, ничего не проливается, не пахнет, не бьёт по носу. Муж спит справа, дети...

Лето в деревне Большие Ключи — это когда в пять утра уже пекло, которое не утихает к самой ночи. Антонина Васильевна, фельдшер местного ФАПа, знала местно лето как свои пять пальцев: каждый год одно и то же...

История, от которой волосы дыбом Вере было сорок семь, и она ждала этого ребёнка двадцать лет. Два брака, две замершие беременности, бесконечная череда анализов, гормонов, уколов и тихих ночей, когда она лежала в темноте и боялась дышать, чтобы не спугнуть чудо...

— Да, я его любовница. Но он не твой муж! Я стояла перед дверью квартиры, которую мы сдаём уже семь лет. Одни и те же жильцы, всегда платят вовремя и никогда не жалуются. Я даже не помнила, когда в последний раз сюда заходила, наверное, как раз проверяла уборку перед их заездом...

Настя выплатила ипотеку ровно за пять лет. В день, когда она погасила последнее платёжное поручение, она открыла бутылку просекко, села на свой французский диван и заплакала от счастья. Двушка на юго-западе...