Наши Звёзды любят по-горячее!

— Ой, как на пляж захотелось! — свекровь едва не расплакалась, узнав о планах невестки. — Сто лет нигде не была. Огород, грядки, дача — вот и весь отпуск. И вдруг сразу Аланья. Прямо ножом по сердцу полоснула. Она уставилась в стену и погрузилась в мрачные мысли. От этого кислого вида Ксения мгновенно почувствовала укор совести. — Перестаньте, Тамара Павловна. Успеете еще позагорать. Вам всего-то сорок пять. Свободная, симпатичная женщина. Побываете еще у моря! И в Египте, и в Турции, где пожелаете...

— Посидишь возле Тамары Леонидовны. Ей уже много не отведено. Вскоре эта жилплощадь достанется тебе, — велела Антонина Павловна. — Ума хватило в такой период не только расписаться, но и в положении оказаться. Теперь крутись как знаешь. — Мам, ты будто про девчонку несовершеннолетнюю говоришь. Мне двадцать восемь! Я столько лет потратила на посторонних. Хватит, пора о себе подумать. — Сама в спасительницу поиграть захотела. Я тебя не неволила. Нечего теперь упрекать! — Я ухаживала за Тамарой Леонидовной три года до свадьбы...

— Леонид, пообещай, что в этот раз всё выйдет! — Полина нарушила долгое молчание. Муж вечно уходил в себя за рулем, так что ответа пришлось обождать. — Опять ни слова, — тяжело вздохнула жена. — Выходит, моя мечта поваляться на пляже под солнцем отменяется. — Пролежишь там все лето! Чего ты сразу кислая такая? — В смысле? — голос супруги задрожал. Она просто не верила ушам. — Хотел уже по приезде всё выложить, но ты вечно спешишь вперед паровоза! — Нет, молю! — Полина умоляюще глянула на Леонида взглядом, перед которым тот был бессилен...

— Не представляю, как выпутаться из этого капкана, — Кирилл Борисович обхватил ладонями виски, тоскливо глядя в широкое стекло кафе. — Судьба словно издевается надо мной. Проверяет на прочность и забирает весь покой. — Да уж, история — врагу не пожелаешь, — вздохнул товарищ Вадим Олегович. — Запасть на юную девчонку — сомнительное удовольствие. — Я не планировал ничего подобного. Вовсе нет. Мы с Ксенией вместе двадцать два года! Двадцать два! Я никогда не смотрел на других женщин. Ты же в курсе. Вечно пропадал на кафедре, с научными работами и зачетами...

Ксения водила тряпкой по тумбе и косилась на Глеба. Тот висел на телефоне со своей матерью. Лицо мужа помрачнело сразу: брови сошлись на переносице, уголки рта поползли вниз, а во взгляде читалось одно — жди беды. Глеб слушал Тамару Дмитриевну молча, не вставляя ни слова. Прошла целая вечность, прежде чем он выдавил: — Ладно, я посоветуюсь с Ксюшей и наберу. Снова пауза, тягучая и долгая, а потом короткая реплика: — Разрулим сегодня. Хватит накручивать себя. Ты же до инфаркта дойдешь с такими нервами...