Закладка

Как работает демократия? (продолжение) Как и обещали, рассказываем про то, как устроена смешанная избирательная система, которая, кстати сказать, активно применяется на выборах в Российской Федерации. Смешанная система, как интуитивно понятно, это гибрид, новейшее изобретение сумрачного гения электоральных технологий. Обычно ее появление объясняется тем, что по мажоритарной системе избиралось слишком мало человек, было неравное распределение голосов, а по пропорциональной – зачастую избирались в основном партийные деятели, которые двух слов связать не могли, и перед избирателем лично никак не отвечали. В общем, одни недостатки. Выход из положения нашли оригинальный – а давайте две системы соединим в одну! Получилось весело. Весело стало сначала в Германии, начиная с 1949 года, а с 1990-х радость начала массово растекаться по миру. Классический пример смешанной системы – это выборы в Государственную Думу. 450 мест делятся поровну – 225 мест распределяется в результате голосования за партийные списки, а вторая половина депутатов избирается по мажоритарному принципу. Правда, система там относительного большинства, поэтому конец немного предсказуем. Такая смешанная система называется параллельной (или смешанной мажоритарной), поскольку, во первых, голосование по спискам и за кандидатов идет параллельно друг другу и они никак друг на друга не влияют, а во-вторых, крупные партии, которые ожидаемо выигрывают в мажоритарной системе с принципом относительного большинства (напомним, для победы кандидату нужно всего лишь набрать больше, чем все остальные, пусть даже и только 5%), еще и прибавляют к этому солидный результат по партийным спискам. Что из этого выходит – вы и сами знаете. Фактически, смешанная параллельная система сочетает в себе все худшее, что есть в предшественницах. Немного хитрее обстоят дела в связанной смешанной системе (которая далеко неспроста называется компенсаторной). Такие системы действуют в Венгрии, Германии и Италии. Здесь места распределяются по формуле. Приведем классический пример (будет много цифр): В неком парламенте 100 мест распределяются по спискам, а остальные 100 – по мажоритарной системе. Партия А получила 45% голосов по спискам и 57 мест по мажоритарной системе. В параллельной системе она бы получила 102 места, путем простой суммы, но в связанной ей «подрезают крылья»: Сначала вычисляется места по пропорциональному голосованию (45% от 200 это 90 мест), а затем из 90 вычитают те самые 57 мест, которые партия получила по мажоритарной системе. Получается 33 места – и это именно то, что партия получит в результате голосования по спискам. В итоге 90 мест, и большинства в парламенте уже нет. Так крупные партии «наказывают» за победы в одномандатных округах. Но это, как все понимают, происходит не везде.

Почему в регионах не любят столицу? Сеймур Липсет и Стейн Роккан сформулировали теорию социальных размежеваний, которая дает ответы на эти и многие другие вопросы. Изучая историю европейских стран, они выяснили, что разные части общества исторически противопоставляли себя друг другу. Это отражалось, например, в соперничестве вольных городов и аристократии за земли и торговые пути, противоборстве церковных иерархов и светских правителей за власть, и так далее. Немаловажную роль играло также и конфликтное взаимодействие разнокультурных групп. Например, баварцы и северные немцы вплоть до XIX века считали себя разными народами. Эти конфликты то затухали, то разгорались вновь, пока не началось то, что ученые назвали «национальной революцией». На месте феодов, родовых земель аристократии, возникает новое объединение, государство-нация, внутри которого оказываются и сами бывшие феодалы, и церковные иерархи, и инокультурные провинции. Однако теперь открытый конфликт невозможен, и поэтому он переходит в скрытую стадию – соперники влияют на чиновников, стараясь, чтобы государственный аппарат вынес решение, выгодное им, а также стараются перетянуть на свою сторону как можно больше людей. Государство демократизируется, появляются политические партии – и соперничающие за влияние (или просто по привычке) группы основывают политические партии (или берут под свой контроль уже существующие). Вторая важная веха политического противостояния внутри страны – индустриальная революция. На сцену выходят предприниматели, скопившие значительные ресурсы и желающие получить власть. Им препятствует аристократия, которая не хочет делиться статусом. Рабочие начинают активно бороться за свои права. Быстро растущие города формируют новое – урбанистическое сознание, с верой в научный прогресс и пренебрежением к традициям. Так возникает конфликт города и села. Если говорить кратко, Липсет и Роккан выделили четыре социальных раскола, которые разделяют общество на противоборствующие группы: ▫️1. Раскол «центр-периферия» - противостояние между «государствообразующим народом» и этническими меньшинствами ▫️2. Раскол «государство-церковь» - противостояние атеистического движения и защитников веры ▫️3. Раскол «город-село» - противостояние промышленников и сельских жителей (которое позже перетекает в экологическое движение) ▫️4. Раскол «собственники-рабочие» - противостояние между сторонниками классического либерализма и социалистическим движениями Политические партии, действующие в демократической системе сглаживают эти конфликты, не дают им вылиться в вооруженное противостояние. Однако это возможно только при действительном народовластии. Если власть не признает существование оппозиции, или же держит соперников на «безопасном расстоянии», это означает лишь то, что интересы какой-либо из групп будут отстаиваться кулуарно, путем подкупа чиновников или личных контактов с правителями. Остальные же будут «сброшены с корабля политики», что повлечет за собой озлобление и, в конечном счете, приведет к старой и недоброй войне. Как этого избежать? Ученые рекомендовали убрать из политической системы четыре препятствия, которые назвали «порогами». Первый порог – порог легитимации – в государстве должно быть позволено протестовать и критиковать власть. Второй порог – порог включения – оппозиция должна иметь реальные возможности получать власть (например, не следует препятствовать избираться или основывать политические партии). Этому порогу близок и порог представительства – новое движение должно иметь возможность, например, попасть в парламент. И, наконец, последнее препятствие – порог мажоритарного правления. Принцип «победитель получает все» - губителен, поскольку стимулирует соперников на радикальные шаги. Только путем переговоров, постоянной дискуссии и поиска консенсуса можно построить стабильное и здоровое общество.

Как работает демократия? В государстве, которое имеет смелость называть себя «республикой» (ну или демократическим государством с республиканской формой правления), то есть буквально res publica – общее дело, обязательно должны быть механизмы, чтобы в этом «общем деле» могли участвовать все желающие. Классический механизм политического участия – это выборы. Суть выборов обманчиво проста – граждане отдают право принимать решения тем, кто им больше понравится. Обычно на достаточно короткий срок (стандартно – 4-5 лет). Однако нечистый, как всегда, прячется в деталях. Для того, чтобы награды нашли героев, выстраиваются особые системы голосования, принципы действия некоторых из них, как говорят, не до конца известны даже самим создателям. В целом существуют три «идеальных типа» избирательных, или электоральных, систем: ▪️Мажоритарная ▪️Пропорциональная ▪️Смешанная За кого голосуют и как определяется победитель? Мажоритарная система – наиболее простая, древняя и надежная. Ее принцип действия интуитивно понятен – территория, где живут избиратели, делится на участки, и на каждом из них может избраться только один человек. В мажоритарной системе вы голосуете за конкретного человека, и победитель обычно только один. Как же этот победитель определяется? Здесь и начинается игра в наперстки. Интуитивно понятна система абсолютного большинства голосов – тот, кто набрал больше 50 % - побеждает. Однако есть и система относительного большинства, где избирается тот, у кого больше голосов, чем у других участников. Даже если этих голосов всего 5%. Пропорциональная система более «изысканна», чем мажоритарная, и больше подвержена манипуляциям. При такой системе избиратель голосует не за конкретного человека, а за партию. Партии, в свою очередь, готовят списки, в которые включают тех, кто собирается избраться. Списки обычно «закрытые», и избиратель голосует за «кота в мешке». Кроме того, должности в голосовании по спискам получают не все, даже в партии, которая набрала большинство голосов. Так как места, например в парламенте, ограничены, голоса граждан распределяются по особым формулам. Прибавляем сюда еще и избирательный барьер (те партии, которые набрали обычно менее 5% голосов, просто не учитываются при распределении), и получаем современный парламент. Ну а про настоящего монстра, смешанную избирательную систему, расскажем подробнее чуть позже.

Проблема легитимности Легальность или легитимность? Эти термины часто путают, и еще более часто используют в совершенно неподходящем для этого контексте. Обычно эти абсолютно разные понятия употребляют как синонимы к «плохо» или «хорошо» придавая этический окрас тем или иным политическим событиям, которые соответственно человеку нравятся или не нравится. Но, разумеется, с этикой эти термины имеют мало чего общего. Понятием легитимности мы обязаны немецкому ученому-социологу Максу Веберу. Социолог изучал общество, главным образом акцентируя внимание на деятельности людей, их поведении. В связи с этим центральным понятием у Вебера выступает социальное действие. При чем же здесь легитимность? В каждом обществе существует определенная иерархия, вышестоящие обладают уникальным правом совершать определенные социальные действия, то есть воздействовать на людей. Иным словом, приказывать, или обладать властью. Право обладать такой властью в государстве, право принуждать людей к совершению (или несовершению) каких-либо поступков, должно, во-первых, быть легальным, то есть записано в официальных документах (законах, приказах, распоряжениях), а во-вторых – быть легитимным. Именно согласие подвластных с правом властителя приказывать и является легитимностью. Легитимность (авторитет, одобрение на применение власти) стоит выше легальности. Государство может принять какой-угодно закон, но если он будет нелегитимным (то есть не одобренным), общество не будет ему подчиняться (во всяком случае, попытается). Тем самым легитимная власть переходит из разряда принуждения (нужно подчиниться, иначе будет худо) в разряд нормы (нужно подчиниться, поскольку так будет правильно). Вебер считал, что так власть принуждающая превращается в господство – повиновение без принуждения. Легитимность власти в разные времена и эпохи проистекала из разных источников. Почему легитимна власть в нашем государстве? Вебер выделил три основных источника, или идеальных типа, легитимности. В комбинированном виде они так или иначе существуют в любом государстве. Первый тип – авторитет «вечно вчерашнего», власть традиции (этим приказам следовали наши деды и прадеды, им должны следовать и мы). Это традиционное господство. Издавна подданные подчинялись начальству – царям, партии, и сегодняшняя власть обладает таким же правом приказывать. Россия – правопреемница СССР. Второй тип – авторитет уникального дара правителя (наш вождь гениален, любое его слово – истина, у него есть хитрый план, поэтому мы ему подчиняемся). Это господство харизматическое. Президент предстает самым умным из всех политиков, он успешен, силен. Третий тип – авторитет «правильности» (этот закон принят парламентом, который мы избрали, эти правила разработаны компетентными экспертами, поэтому мы исполняем закон и следуем правилам). Заслуженный академик говорит о том, что необходимо носить маски, поскольку об этом говорят «авторитетные» исследования. Государственная Дума принимает закон об обязательной вакцинации – она имеет на это право, поэтому нужно вакцинироваться. Важный вопрос – вопрос «нелегитимности» и лишения власти. Вебер не говорит о том, как можно признать правительство «нелегитимным». Легитимность, как и любая неписаная норма, существует неуловимо и может исчезнуть в один момент. И когда она исчезает, на ее место приходит грубая сила власти, противостоять которой можно только аналогичным образом.

Умение грамотно сформировать бренд - крайне важно для профессиональных политтехнологов. Отличительная черта бренда в том, что он раскладывающийся, самораскрывающийся. Рассмотрим одну из распространенных моделей бренда - Модель колеса Суть бренда - основная идея, которая может быть высказана лаконичным образом. Суть должна быть близка к миссии (миссия - публичное самооправдание своей деятельности) Индивидуальность - Анимизм. Наделение неживого какими-то живыми характеристиками. Одушевление неодушевлённого. Мы придаём бренду очень человеческие, гуманистические черты Ценности - Привлекательные коллективные ярлыки, которые будут связаны с продвижением товара. Вы голосуете не за мою политическую партию, вы голосуете за новую Россию! Преимущества/выгоды - функциональная полезность брендируемого товара. Для политика - насколько он компетентный специалист и справляется со своими обязанностями, насколько хорошо он представляет наши интересы Атрибуты - визуализация - как мы внешне презентуем брендируемый товар