Кristina Zakirova

Я разводилась с мужем раз сорок. В своей голове, пока мыла сковородку. Есть мысли, в которых стыдно признаться не потому, что они редкие, а потому что они некрасивые. «Я хочу развестись» — одна из них. За ней сразу ползет липкая, как старый скотч, вторая мысль: «Значит, со мной что-то не так. Сильная давно бы ушла, любящая вообще бы так не думала. А я сижу и терплю. Значит, я просто слабая». Это самое болезненное место. Не сама мысль о разводе, а то, как быстро она превращается в суд над собой. Мы вместе 19 лет...

Подруга спросила меня недавно: "Если никто никого не добивается, не завоёвывает — как тогда выглядят отношения? Доброе утро. Доброе утро. Как дела. Как дела. И всё?" Я засмеялась. Не потому что смешно. А потому что я сама этот вопрос себе задавала. Уже внутри долгого брака. Мы выросли на понятной игре. Кто первый написал — слабее. Кто первый позвонил — сдался. Держишь паузу — с достоинством. Добиваешься — значит, хочешь по-настоящему. Логика была. Даже азарт. Только люди в этой игре видели не друг друга...

Я давно заметила за собой странную вещь: я с упоением строю внутри великолепные замки будущей жизни, но в последний момент остаюсь снаружи. И в какой-то момент я поняла: это не просто любовь к подготовке и не просто перфекционизм. Это очень изящный способ не сталкиваться с реальностью. Страшно не только выходить в монетизацию и не только делать платный шаг. Страшно ещё и вот что: что твоё живое, настоящее, любимое столкнётся с чужим взглядом. Не с воображаемым. С настоящим. И вот тут внутри у меня как будто включается охрана...

В детстве я обожала, когда взрослые пели за столом. Сейчас я понимаю, что это был их легальный способ выть от боли. Каждую субботу наша бабушка топила баню. Семья была большая: шесть дочек, а вместе с тётями и внуками нас собиралось человек десять. И всем нужно было помыться. Правило было простое и железное: есть нельзя, пока не выйдет из бани последний. Мы ждали. Накрывали на стол: ледяной самогон, хрустящие огурцы, нарезанное сало, горячая картошка, от которой валил густой пар. Лица у всех красные, распаренные...

Он не пьёт, не изменяет, всё тащит в дом. Но рядом с ним почему-то всегда хочется выдохнуть — и не можешь. Я часто наблюдаю за людьми. Недавно в общественной бане мой взгляд зацепился за мужчину: состоятельный, надёжный, явно из тех, за кем семья как за каменной стеной. Но его тело кричало о другом. Энергия втянута внутрь, таз жёстко поджат — как у собаки, поджавшей хвост. Грудная клетка впалая, короткая шея, а спина — бетонная плита. Руки напряжены, готовые к тяжёлой работе. А на лице — маска «доброго, всё терпящего ребёнка», изрезанная глубокими морщинами тотального контроля...

Или, может, вы ловили себя на мысли: вроде всё нормально, но я реагирую не так, как хочу. Злюсь — и сама не понимаю на что. Говорю не те слова. Или наоборот — не чувствую вообще ничего, и эта глухая пустота пугает больше, чем боль. Знакомо? Меня зовут Кристина. Мне 35. Я психолог (работаю в интегративно-соматическом подходе), жена с 19-летним стажем, мама двоих детей. И я знаю это оцепенение изнутри. 15 лет я строила карьеру мастера маникюра. Делала красивые ногти, безумно гордилась своими успешными, классными клиентками… и при этом панически избегала любых профессиональных конкурсов...

Это чувство..Когда ты выходишь на улицу, встречаешься с людьми, работаешь — и порхаешь. Жизнь кажется прекрасной, легкой, в ней столько возможностей. А потом ты поворачиваешь ключ в замке. Открываешь дверь своей квартиры. И на тебя обрушивается вязкая, удушливая тяжесть. Ты дома. Но дома почему-то невыносимо тесно. Я помню этот момент очень отчетливо. Мы были женаты уже много лет, и нас накрыло сразу всем: переезд, смена профессий, возрастные кризисы, дочь-подросток, чьи изменения заставляли всю систему семьи трещать по швам...

Общественная баня. Жар, густое облако пара, травяной чай в термосах. Место, где по идее стираются все границы. Никаких статусов, пиджаков, ролей. Только люди и их тела. Я психолог, я изучаю как тело выдает наши травмы и показывает напряжение. Я прихожу в баню париться и отдыхать, но мой внутренний сканер никогда не отключается. Это происходит само собой. Тело всегда говорит громче слов: где человек сжат, где расплывается, как он несет себя в этот мир. Они собирались уходить. Взрослые, состоявшиеся, с виду очень гармоничные...