Загадочная Лилия. Рассказы и истории

Марина нервно поправила волосы и в очередной раз проверила время на телефоне. Антон опаздывал уже на двадцать минут. Она заказала себе латте и устроилась у окна в небольшом уютном кафе в центре города. За стеклом медленно проплывали прохожие, спешащие по своим делам в этот пятничный вечер. Они познакомились три дня назад в книжном магазине. Марина выбирала новый роман, а Антон стоял рядом и листал какой-то толстый том по философии. Завязался разговор о литературе, потом о кино, потом о жизни. Он показался ей интересным собеседником – эрудированным, начитанным, с хорошим чувством юмора...

Лена стояла у окна и смотрела на дождь, который уже третий день не переставал лить на улицы маленького провинциального городка. В руках она держала телефон, на который час назад пришло важное сообщение, а она никак не могла решиться его открыть. Отправитель был знаком – Кирилл Андреевич Волков, директор местного завода и один из самых влиятельных людей в городе. Три месяца назад он сделал ей предложение. Не романтичное, со свечами и цветами, а деловое, прямо в кабинете главврача больницы, где она работала медсестрой...

Марина стояла в очереди в аптеке, нервно теребя рецепт врача. Сын уже третий день температурил, а она всё откладывала поход за лекарствами, надеясь, что само пройдёт. Материнская вина грызла изнутри — надо было раньше среагировать. Впереди неё располагалась женщина средних лет в дорогом пальто, которая долго что-то выбирала из витрины с косметикой. Марина украдкой разглядывала её — холёное лицо, аккуратная укладка, маникюр. Даже со спины было видно, что женщина следит за собой. — Следующий, — позвала фармацевт...

Когда Валентина Петровна появилась на пороге нашей квартиры с двумя чемоданами и лучезарной улыбкой, я еще не знала, что через три месяца буду собирать вещи и искать съемную квартиру. А она казалась такой милой. — Катенька, дорогая! — она обняла меня так тепло, что я почувствовала себя родной дочерью. — Наконец-то мы познакомимся поближе! Андрюша так много о тебе рассказывал. Мой муж Андрей стоял рядом и светился от счастья. Мама приехала из Воронежа "погостить немножко" — квартиру продала, новую еще не купила, временно, на месяц-два максимум...

Максим сидел в той же позе, что и утром — спина идеально прямая, пальцы танцуют по клавиатуре с виртуозностью пианиста. Синий свет экрана окрашивал его лицо, придавая ему почти мистический вид сосредоточенного гения. — Макс... — начала она, но он поднял руку, не отрываясь от экрана. — Секунду, солнце. Тут критический момент — рендер может упасть, если прерву. Она кивнула и прошла на кухню, чувствуя знакомый укол вины. Как можно мешать творческому процессу из-за таких мелочей, как еда? — Готово! — выдохнул Максим через несколько минут...

Елена опоздала на электричку на две минуты. Две проклятые минуты, которые теперь обернутся часом ожидания на промёрзшей платформе. Она смотрела на красные огни уходящего поезда и ругала себя за то, что задержалась на работе. Опять эти срочные отчёты, опять авралы, которые никому, кроме неё, не нужны. Следующая электричка была только через час, а это означало, что домой она попадёт не раньше одиннадцати вечера. Снова разогреет вчерашний суп, посмотрит новости и ляжет спать, чтобы утром всё повторилось сначала...

Первые трещины появились два года назад. Алина помнила точно — это было в день её сорокапятилетия. Виктор пришёл домой в половине одиннадцатого, когда гости уже разошлись, а она убирала со стола остатки торта, который испекла сама. Она так готовилась, продумывала меню, гадала, что ей подарит муж. А он даже не пришёл на праздник. — Где ты был? — спросила она, не оборачиваясь. — На работе. Аврал. — Он прошёл мимо неё к холодильнику, достал пиво. — А что, нельзя? — Можно. Просто сегодня мой день рождения...

Максим выключил компьютер и с облегчением откинулся на спинку кресла. Рабочий день закончился, но домой идти не хотелось категорически. Там его ждала Светлана с очередными претензиями по поводу денег, карьеры и того, что он якобы не уделяет ей внимания. Максим устало потер виски и взглянул в окно. Солнце клонилось к закату, освещая город мягким золотистым светом. Он спустился в холл офисного здания и остановился у стеклянных дверей, раздумывая. Можно было поехать на метро — быстро и без пробок. А...

Звонок в дверь прозвучал как приговор. Анна замерла над детской кроваткой, где крепко спал двухлетний Артем. Она знала, кто это. Максим предупредил вчера по телефону, что придет «по важному делу». После того как он исчез из их жизни полтора года назад, оставив лишь смс с текстом «Не могу так больше, прости», Анна научилась жить без него. Сначала было тяжело — новорожденный сын, декретный отпуск, который превратился в бесконечную борьбу за выживание. Потом она нашла работу удаленно, наладила быт, привыкла к мысли, что они с Артемом справятся вдвоем...

— Опять со своими фокусами! Думаешь, если будешь капризничать, мы тебя слушать станем?! Лера захлопнула дверь с такой силой, что задрожали фотографии на стене. В коридоре повисла тишина, которую разорвал злой голос матери. — Пусть капризничает, — буркнул отец из-за газеты. — Все равно деваться некуда. Кирилл Петрович серьезный человек, солидный. Не каждый день такие предложения поступают. — Вот именно! — подхватила мать. — А она воротит нос! Будто принцесса какая! Лера прислонилась спиной к двери своей комнаты и закрыла глаза...

Мила стояла у окна нотариальной контоpы и смотрела, как Ирина выходит из черного "Лексуса" в норковой шубе. Шуба была новая, дорогая. Такую себе может позволить не каждая медсестра из районной больницы. — Мила, дорогая, как дела? — Ирина обняла её, и от неё пахло дорогими духами. — Нормально, — сухо ответила Мила. — Ты такая бледная. Небось переживаешь из-за бабушки. Понимаю, тяжело терять близких. Мила промолчала. Бабушка умерла две недели назад. Тихо, во сне. Ей было восемьдесят два года. Всю жизнь...

Катя торопилась домой после долгого рабочего дня в офисе, когда на автобусной остановке к ней подошла незнакомая женщина. Было уже темно, дождь моросил, и большинство людей спешили укрыться от непогоды. Но эта женщина стояла без зонта, словно не замечая, как капли стекают по ее седеющим волосам. — Извините, вы не Екатерина Савельева? — неуверенно спросила она, внимательно всматриваясь в лицо девушки. Катя насторожилась. В наше время подходить к незнакомцам на улице было не принято, особенно в позднее время...