Забава

Шторм налетает, но нам нипочем Маленький храбрый кораблик идёт, Швартовы отброшены — полный вперёд! Юнга натягивает паруса, Правый галс, левый — работать пора! Шторм налетает, но нам нипочем, Волны не бьют по носу и корме! Море исчезло? Да нет же, дружок — Просто работы навалом в песке!

Бабайка и Пятница На кухне, где уютно пахло свежезаваренным молоком и корицей, завязался разговор между котом Бабайкой и ежиком Пятницей. Они устроились у теплой батареи, словно два старых друга, делящихся секретами жизни. После того как Бабайка попил теплого молочка и закусил сырниками со сметанкой и брусничным вареньем, он, откинувшись на спинку, обратился к Пятнице: — Ты осознаешь свою великую миссию? Ежик, слегка прищурив глазки, ответил с недоумением: — Конечно, осознаю, но что такое миссия? Бабайка задумался, словно пытаясь поймать мысль, ускользающую, как мыльный пузырь: — Я и сам не знаю точно, но ты должен стеречь для нашей принцессы Леночки шоколадки с 85% какао. Сегодня же пятница, и уже в субботу она будет чесать меня за ухом, за правым, и обнимать, как будто я — ее живой талисман удачи. С этими словами он мечтательно растопырил лапы, словно птица, готовая взлететь, предвкушая радость предстоящего удовольствия. — От кого стеречь шоколадку? — осведомился Пятница, растопырив свои колючие иголочки от удивления. — От тебя? На эти слова Бабайка взвился, как ракета, его хвост стал колом, а шерсть распушилась, словно у щенка, испугавшегося грозы. Он зашипел, но, увидев, что ежик свернулся в колючий шарик, успокоился. Лапой он попытался шлепнуть Пятницу, но случайно укололся и жалостно мяукнул, словно разозленный тигренок, застрявший в колючих кустах. — Какой же ты неудобный для воспитания, — проворчал кот, словно старый учитель, которому не по душе поведение ученика. — Нет, конечно, стеречь надо от нашего хозяина. А то он все съест с утренним кофе, и Леночке не достанется. И тогда пропал мой массаж живота, — добавил он с хмурым видом, как будто его обидели. — А где лежат эти шоколадки? — хитро поинтересовался ежик Пятница, сверкая глазами, как искорка на темном фоне. Бабайка, закатив глаза, произнес с иронией: — Вот такой у нас сторож появился! Ой, боюсь, боюсь за сторожем — сторожить не получится!

Якута. Бабайка, мой шустрый и неугомонный кот, с утра уже что-то задумал. Соорудил себе из тряпочки бандану, пробрался под одеяло, вынырнул прямо у меня на груди, глянул с серьезным видом и протяжно промяукал: — Я — Яку́та! Теперь зови меня не Бабайка, а Яку́та! Я прищурился на пушистого самозванца и уточнил: — Ты теперь что, Якудза? — Нет, — гордо ответил он. — Смотрел фильм "Никита"? И вдруг зачем-то сделал ударение на последнем слоге, словно проверяя мою внимательность. — Ну, смотрел… — Так вот! Я теперь Яку́та! — торжественно объявил он, снова сделав акцент на последнем слоге. Я почесал затылок, сделал вид, что серьезно размышляю, и, полистав воображаемые документы, провозгласил: — Так, давай-ка сверимся со штатным расписанием и меню на завтрак. Вот, смотри: кот Бабайка есть… А кота по имени Яку́та — нет! Бабайка скосил глаза в сторону. — Мы с Бабайкой, — продолжил я, — сейчас пойдем есть творожок со сметаной. А этому приблудному Якуте, — я выразительно прищурился, — вынесем вяленой плотвы на балкон. Как тебе такой расклад? Страшный и грозный Якута исчез быстрее, чем тень в полдень, а веселый и голодный кот Бабайка уже с удовольствием терся об угол холодильника, предвкушая любимый завтрак.

Опубликовано фото