Я ОСОБЕННЫЙ

Когда родители находят опору внутри себя, меняется все — и жизнь ребенка, и семья. Заходим в просторную комнату — тут все оборудовано для особенного мальчика. Корзина с игрушками, пол застелен мягким покрытием, специальное оборудование для удобства ребенка. Мы пришли, чтобы посмотреть на занятие Натальи Сергеевны: она занимается с семьей комплексно — как нейропсихолог и психолог. Сначала разговор с родителями, затем работа с ребенком, и снова беседа о том, что можно сделать дома. Сегодня Наталья пришла к Игорю, у него ДЦП...

Ирина — мама «взрослого» особенного ребенка. Ее сыну в сентябре будет 18, сейчас у него еще действует детская инвалидность, которую ему поставили из-за психиатрического диагноза. И Ирине, как многим родителям детей с ОВЗ, предстоит перевод ребенка на взрослую инвалидность. Первоначально, сыну Ирины нужно заново проходить обследования, чтобы подтвердить диагноз для МСЭ [медико-социальной экспертизы]. Для этого Ирине предлагают положить ребенка в ПНД [психоневрологический диспансер]. — Врач сказала, что нужно класть в ПНД на 2 недели...

Владу 5 лет. Татьяна, мама мальчика, описывает его очень точно — маленький ураган. Влад постоянно куда-то бежит, прыгает, залезает. Ярко реагирует, спешит скорее поделиться всем, что узнал, спорит, обижается, бежит дальше. — Официальный диагноз: органическое поражение мозга. Но интеллект у него сохранен полностью. Проблема у нас именно в эмоционально-волевой сфере. У Влада СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивности) и ЗПР (задержка психического развития). Я еще думаю, что он в каком-то спектре находится, я не могу сказать, что это именно аутизм...

В тот день, когда Александра впервые по-настоящему испугалась за будущего сына, у нее уже был длинный опыт ожидания. Три официальных регресса замирания беременности, несколько выкидышей, потом — долгожданная новая попытка, которая с самого начала держалась не на спокойствии, а на упрямстве. — Очень-очень сильно хотелось сына, — делится мама Матвея с улыбкой. Долгожданная беременность Матвеем не обещала быть простой с самого начала. Врач категорически не хотела ставить Александру на учет раньше времени: «Ждем до восемнадцати недель», — говорили ей, хотя крайний срок был двенадцать...

Заходим в просторную квартиру, и первое, что видим, — зеленый гамак, подвешенный к потолку, и настороженного мальчика Андрея, подозрительно выглядывающего из-за угла. — Андрей, привет! — Привет. Как только мальчик поздоровался с нами, сразу прыгнул на гамак и начал раскачиваться. Выше, выше, выше, почти до потолка. В какой-то момент стало даже тревожно: «не упадет ли?» — Это качели Андрея, любимое его занятие. Вы не беспокойтесь, это выглядит опасно, но у него все под контролем, — объясняет нам мама мальчика, Наталья...

Когда в доме родились две маленькие вселенные — Рита и Влада, родители не сразу поняли, что их жизнь круто изменилась. Это история о ночных криках, бесконечных поисках и пути, который никогда не был простым, но постоянно освещался надеждой. Рассказ о том, как Владислав и Наталия создают для особенных дочерей обычную жизнь, чтобы однажды дать им свободу быть собой. Словно инопланетяне Понимать, что с детьми что-то не так, Владислав и Наталия начали, когда их близняшкам Рите и Владе было полтора года: девочки плохо поддерживали контакт, не откликались на свои имена...

«Все родители особенных детей обладают огромным сердцем и невероятной силой духа. Но даже им бывает тяжело, ведь это путь, который требует колоссальных сил и терпения», — рассказывает психолог Валентина Андреевна. Она поделилась с нашими читателями, как же принять диагноз и жить дальше. «Почему я?»: первый удар и естественная реакция Валентина Андреевна Колюд — психолог фонда «Я — особенный». Работа в нём открыла ей мир удивительных родителей и семей. «Я вижу, как по-разному люди справляются с непростыми диагнозами своих малышей...

Путь к самостоятельности для детей с особенностями извилист и непрост. Почистить зубы, одеться, поесть — порой всё через слёзы и крики, и никак без помощи. Жанна Хатунцева, поведенческий аналитик фонда «Я — особенный» помогает семьям превращать ежедневные битвы в маленькие победы. Она поделилась причинами нежелательного поведения, примерами из практики и ценными советами. Почему важно, чтобы ребёнок обрёл самостоятельность? «Когда мы ставим долгосрочные цели — на пять, десять, пятнадцать лет вперёд — мы хотим видеть ребёнка самостоятельным, насколько это возможно...

Они говорили: "Бесполезно". Советовали: "Рожайте другого". Предрекали: "Никогда не заговорит". Но мама верила — в своего особенного сына, в возможность полноценной жизни. Это судьба Елены Тимербаевой и её сына Эмиля — мальчика с аутизмом, который научил маму сражаться не только за него, но и с целым миром предрассудков. Их история — глоток воздуха для тех, кто только услышал страшный диагноз и не знает, как жить дальше. Материнское чутьё Первое время после рождения сына Елене казалось, что всё в порядке: Эмиль гулил, проявлял интерес к игрушкам...

Целая оранжерея цветёт в галерее и в социальных сетях Марии Трифоновой. В свободную минуту она фотографирует умиротворенность природы, а большую часть времени спасает жизни, как фельдшер в скорой неотложной помощи, и хранит от бед свою семью. У Александры, младшей из двух дочек, тяжелая эпилепсия. Мария рассказала, какой путь они проходят, чтобы вырастить свой хрупкий цветочек. — Как вы узнали о диагнозе? — Александра родилась здоровым ребёнком. В срок до года развивалась, как и все нормотипичные,...

"Мой любимый дельфинчик", — так ласково называет своего сына Максима Елена Обухова из-за тонких звуков, которые он произносил в детстве. В августе мальчику исполнится 12 лет, а он вместе с семьёй уже преодолел штормы и бури психиатрической больницы и непонимания. Не даёт "выглянуть солнцу" аутизм средней тяжести, который проявился у Максима в три года. И вот, благодаря фонду "Я особенный", волны утихают. А когда же будет штиль? — Елена, как вы столкнулись с РАС? — Максим развивался хорошо. Он переворачивался, рано пошёл и начал разговаривать: "Мама, папа, баба"...

Когда ты сталкиваешься с диагнозом РАС у своего ребёнка, сразу хочется найти поддержку и услышать важные слова от близких людей. И лишь один серьёзный разговор поможет облегчить жизнь и объединить семью. Но как сделать это корректно? Читайте советы от психолога фонда "Я особенный" Ольги Губиной и историю Олеси Красновой. Конечно, не хочется расстраивать близких. Так... может, скрыть от них? Психолог Ольга Губина объясняет, почему это плохая идея: "Тайна семьи провоцирует появление домыслов и различных...