Много текста|Иван Хаттабыч

Два года я шёл к тому, чтобы хоть как-то запустить первую стадию большого проекта не просто книги, а целого оркестра искусств на базе книги. Но без создания сайта невозможно сделать читалку и проявить на её базе всё торжество моей идеи и концепции. А ведь там и звучание целого оркестра инструментов, для фона текста, и картины, которые должны статьи венком дизайна проекта и отразить новые грани подобия проекта. Словом два года мы к этому шли, шли и к версии 1.0.0 пришли! И так, без лишних слов: art-goida.ru

Привет, браття! Поштудировал тут учебник поэзии, припомнил кое-что ценное для себя. Пробую соединить практику и теорию, чтоб не было как в анекдоте про священника и монашку. Вот вам, опытная работа, под названием: дух гения. Не важно содержание, тут главное форма, хотя и содержание есть. По ТТХ изделия: кольцевая рифма, неточная, на разные, векторно, морфологические единицы, чередование мужских и женских окончаний, но не везде. Постарался влезть в ямб, но... Писал вечером, всё ещё болею, есть чередованием с хореем, а под конец вообще всё слетает в чередование ямба и дактиля. Надо будет завтра сделать чередование ямба и дактиля или ямба и хорея. Буду дальше читать, просвещаться. Понимать, ежжи. ВЫ ХОТЕЛИ РИФМУ, Я ВАМ ЕЁ ДАМ! ВЫ ХОТИТЕ НОВЫХ РАБОТ?! ИХ Я ВАМ НЕ ДАМ. Научная пятилетка, эжжэ. Сама работа: Иду среди полей, прогретых солнцем, Над головою шум дубравы тополей, Как пилигрим иду, минуя мир иной, И потому живой на кладбище своём. И нива золотая колосится, манит, Нырнуть к себе и там исчезнуть, Шагнуть в живую ныне чуждую мне муть, Но дух несёт меня вперёд и мает. Мне больно видеть гиблые идеи, И гениев труд мёртвый и безвестный, Никем, увы, не сохранённый, но манящий Почётом вечным; Не моего ума затеи. Миную их, как призрак запоздалый, Спешу к себе, вернуться и обресть, На родине подвластную мне честь, Вознесу на место разум ясный. И так, гонимый помыслым своим, Спешу через болота лени, страха Взбулгачивая муть посреди мрака. Мерещатся мне тени мигом быстрым. Но вот я вышел с топей гулких, Ступил уверенно - не тени, люди! Не тонут в обуревающей нас смуте! И манят раскаты жизней новых. Я здесь остался навсегда Оставил разума огонь для всех, Чтоб боронил гениальный лемех, И идее были всегда открыты ворота. Пущай будет такая картинка. Как освою пособие, скину вам. Тоже ознакомитесь, ежжи. Начал научную пятилетку, эжже. И заодно перейду к прозе, чтоб перекоса не было. Завтра вышлю заявку на премию Левитова.

Написал стихотворение о 90х. И как, в кризисные моменты, оттуда, виделось будущее России. 90е Весь мир молчит от потрясений, Звенит Колымская тоска, Молчат Тверские купола. Россия расходится по шву, Она — арбуз, поспела, К европейскому столу. В Кремле приспущены знамёна, Ликует, одурманена толпа, Падением своего колосса. Под сердцем русского гиганта, Гниёт его народная глава, Кипит Кавказ и Азия в огне. Нет дружбы меж народов братских, И человек другому ныне волк, И вся страна как будто бы мертва. Не слышно слов, но слышен вой, И лязг посуды, это танки, Страна давно поделена. Ей не грозит теперь вторжение, Она сама себя давно сгубила, Её удел теперь гниение. Да на потеху дуракам, И стае коршунов крылатых, Что подступили родной дом. Она сгниет, минуют годы, Уйдут последние отцы Она умрёт. И не вернется. Нам не видать теперь парадов, Ни славы вещей, точно грозной, Исчезнет дымка силы по утру. Тогда ножи свои достанем, И сами Родину добьем, Мы в этом мраке сгинем. Минут века, как сон тяжёлый, Но не достанется уж нам, Страны такой была какая.

Здравствуйте, дорогие папещеке! Сейчас я простыл, поэтому с контентом пока не густо. Ну и там я уже тоже говорил. А пока, начиркал стих про битву при Баннокбёрне - не гениально, есть ошибки - соглашусь. Труба битву гремит И с гор несётся лавина! Кони распалены до жара И кровь горячая кипит! До смерти, в бой! Маши же, воин, палашом Нисколько себя здесь не жалей Мы родились, чтобы погибнуть! Кого кто превзойдёт? Возьмёт ли старость в пике Иль одолеет алебарда, клинок Крестьянства, в битве закалённый? До дрожи яростной и страшной Наш дух желает кровной мести За братьев павших, за народ! Альбия свободна, мы будем жить! И снова, снова, мы словно львы Английских флагов - и не на тряпках А в бою, покажем лихость удалую Когда Брюс нас в бой ведёт! Пускай! Нам не видать свободы Здесь; Но земля родная дышит Кровью нашей алой! Она же Словно cтяг, на битву призывает! Мы будем здесь на страже Нарушимой. Тогда сметём их всех: И коней их худощавых и зачахлых На вилах до Лондона дотащим И бросим им, баронам, графам На память славную о нас, Что здесь Шотландцы стали Насмерть и так разбили англичан.

Вот таки шо ви думаете? Шо я вот такой вот не умный: как себя чувствую, то и так и пишу? Ну да, ви таки правы, но не совсем. Есть у меня два стихотворения, которые я бы, наверное, постить и не хотел. Я же рыцарь и всё такое, вознесённый удачей богатырь, однако контент сам себя не запостит, а я чёт впал в лень и нехотение. *Астрологи предсказали неделю ничегонеделания. Контент снизился вдвое* Поэтому, таки скину его. Этим я подвёл черту всем своим любовным штраданиям. Я думаю, вам будет интересно его посмотреть. А там, глядишь я перестану спать на ходу (да, меня сейчас постоянно накрывает, даже анкету на работу тяжко заполнять), и будут вам стихи о освоение космоса, атоме и радости бытия, и небытия (я же читаю Гого... Гегеля, парни). Таки стидно, такое постить, но что поделать... Внукам должны достаться все мои стихотворения. Кринжувать будут. Как и я. Встреча. Мы увиделись, вновь, Столько времени спустя. Я шёл, уверенный, в победе, А сам держался - не пасть, Не свалиться в ужасе чёрном. И вот, говорю заветные Долгожданные слова, Про счастье, про радость, Как долго не виделись. Обнимаю тебя - прощание. А дальше шагаю, странно Будто - в омуте - счастлив, А надо бы плакать, ведь Встреча последняя, и нас Ничто вовеки не свяжет. Ухожу, радостный - идиот Что видел тебя, прижался К твоему тонкому стану Забыл, что видимся - точка Больше не достанется встречи. Нет, я не романтичный дурачок, я вознесённый турбодурачок, но контент и подписчики не пахнут, как говорится. Так что можно, раз в год, а-ха-ха-ха, и ведь вправду, такое запостить. И так как я не придумал и не нашёл картинки, то возьмём пикчу с Российской историей: самозванец у Вишневецкого. Период смуты в России. И в качестве награды за терпение, скоро запосчу стихотворение про Шотландскую войну за независимость. Кстати, таки пивписуемся на рассылку по лс. Зря я чтоли нашего инженера попросил вернуть эту функцию. Пивписка в меню.

От человека к Человеку Я не владею размером стихотворным Да и вряд ли что-то понял в жизни, Но как мне говорил заплесневевший Старый, мудрый грек — гордись, сынок, Познанием своим, другим и это Неподвластно, недоступно. Я понял. И побежал, как можно дальше от себя Минуя живые города, всё дальше, прочь И попал в море, как писал Данте, То река, страданий и болезней. Я в ней, когда-то, чуть не утонул, Из-за презрения к себе и своему роду, Что я глупец, что я душою страшно слаб! Но лишь когда ладонь моя от боли взвыла... И сталь холодная ушла, я всплыл и закусил До боли удила! И рвался, снова прочь Пробыв в бегах всю жизнь наполовину Я очутился в освещенном поле. И никого: ни грека мудрого, увы, Когда-то нареченного отцом Всех стоиков могучих и города холмов Ни недругов моих зловещих. Я поскорее сбросил кожу, сломал хребет Едва ль когда я ящером успел побыть И раны до крови разодрал Затем, чтоб все по-новому срослись И так, восстал, роняя пласты и дали Себя и души израненной моей Я слабо солнцу улыбнулся И вспомнил мудрость, завещанную дедом Что поздно и нельзя никак сдаваться А потому, я просто принял боль и горечь Путь свой долгий, и раны неспешно пролечил И как волк, израненный, забитый... ...Я шёл на свет, из тьмы болот и суеверий. Когда открылся дивный храм: там Человек И он меня обнял и принял, а всю душу Будто бы колодец, в слез горючих и тяжёлых... ...Ему, как человеку Прометей Излил. И он мне дверцу в новый мир Рукою крепкой отворил и я взглянул Ему в лазурные глаза: то я себя себе и миру целому открыл

О успешном успехе или: Солнце высоко, за работу, снежок! Когда говорят о писательском успехе (которого я не достиг), то речь часто заходит про: работай, работай и всё будет! Это разумно, не разумно: жди случая и ты вознесёшься. Конечно, не прикладывая реальных усилий! - Не будем Икарами. Он красиво взлетел, но весь успех это гигант на восковых ногах, которые этот самый успех и подпалил. Так что, речь скорее пойдёт о необходимости движения. Нет движения - нет постоянства перемещения точки в материальной реальности. Т.е., движение должно быть постоянным - писатель, ну или автор, себя я вижу исключительно видимым и не больше, по мере движения, желательно, должен улучшать свой навык написания. Т.е., включать в своё творчество новые методы, и рифмовать, допустим, не смежно: "Иду я, уставший, с полей, И глаз мой ласкает миллиард тополей" - рифма "полей - тополей", и строки смежные, абсолютная рифмовка морфологически одинаковых, векторно слов - негоже, если автор пишет долго и мнит себя абсолютным, в успехе, автором. По мере наращения популярности от него, скорее всего, отвернутся. Одно и то же - сколько можно! А вот, допустим, перекрёстная рифма уже смотрится лучше: "В бой, сынки, нас Родина зовёт! И вой, и лай, низверженных тиранов, Мне душу согревает, как и мёд побед, Зов по врагу родных мне воронов" - С технической точки зрения это лучше. К чему я это всё? Если мы говорим о успешном успехе, то он формируется долго, требует самоотдачи - времени, роста навыка, умения, в конце концов. Если есть сложение теории и практики, то успех придёт. При удаче. Без неё никак. Чтобы поймать жар-птицу за хвост, нельзя исключать удачу, без неё остальное может и не выстрелить, надо также и работать. Заявлять о себе: участвовать в различных конференциях - спорить, поджигать пердаки, своими публикациями, в конце концов. Словом, чтобы вас заметили. Быть настойчивым и непреклонным, как экстерминатор, ну или на худой конец танк. Без упорства, смелости и открытости это всё гиблое дело. Надо уметь прорубить, пробить себе и своему творчеству путь. Не писать в ящик, не стрематься, что написано ужасно - Москва с начала тоже была позорным болотом. Действовать, действовать надо, без этого хрен, что сложится. И оттачивать навык. Рассказывать друзьям, знакомым. Тогда, может быть, через небольшой отрезок времени: пару месяцев, возможно, а может и год, вас таки заметят и распространится ваша слава как лесной пожар. Но в первую очередь, всё зависит от вас. И вашего навыка. Сидя на жопе ровно успеха не достигнешь, только прыщей:) Успеха!

Новое стихотворение. Эксперимент. Спокойствие Пережив тревоги бури я выброшен на берег Пустой и молчаливый: равнины, горы — тихо. Я перекрестился и уснул: шагаю по реке небесной Легко, спокойно на душе... Лежу, гляжу на море над собою: вспоминаю, кто был здесь до меня Пространно мыслю: чего бояться здесь? Когда один и вдалеке, за сотни миль и за морями Там города и мир, звенящий и гремящий? А над головою звёзды: их темная, блестящая огнём аллея, что за собою манит и зовёт. Вздохнул спокойно: опасность миновала эмоциональных бурь А слух ласкает море. Синее, как будто бы сапфир, и слабо лижет песком горящий берег Конечно, завтра день и снова труд. Но это после, а пока огней диковинных краса... А на сегодня безмолвствие и самобытность Удел прекрасный и желанный: как хорошо остаться одному А потому гляжу на чёрную округу, откуда едва сбежать сумел на время. Я на земле и разъярённая стихия где-то вдалеке: вернусь, нырну — потом Отжита и прожита: как огонь давно забытый, но нужный человеку Она вернется, несомненно, ударит громовым раскатом, и буду требовать опять Но я буду глядеть с высот гранитных на неё, самой же бурей вознесённый И только брызг меня коснется, на постаменте моего труда

Степь, откуда я родом вышел... Колосится нива золотая, И солнце греет чернеющие Пашни - зиме конец, свобода От снегов и мёртвой зимней Хватки, не будет стужи! И вот, прошёл январь, февраль, Весна минула как минута, настало Лето и от тепла зазеленел весь Мир, необозримый, малый Будто спички голова. И им я степь свою познаю: И пыльных бурь её жестокое Затменье, и дней тоскливых И ленивых, когда жара и сна Тяжёлые объятья убаюкают меня. И год за годом, будто лихой ветер Я проносился по родной равнине И всю обнял, и выучил как буквы. Её роднее нет на свете, когда Ушёл, рыдал навзрыд, но вот... ...Я снова здесь. Июнь горячий За окном, а на дворе немного Зазеленелом ни души. Лишь Клохчут куры, шмели в небе И наконец-то дома - понимаю. Я так прожил не убоясь стихий Родных, но столь далёких, Что общего меж нами мало. Но каждый раз, я счастлив Как мальчишка, убегая в поле. Сюда вернусь, быть может Через шторма декад и будничных Кварталов, когда и сам уже Отцом восстану, после школы, вуза И им явлю всю красоту вселенной целой Где сам, когда-то, был рождён И под луною, тихой ночью Я расскажу им всё, что видел Чувствовал, кем был, кем стал; Пускай тут корни пустят мои дети.

На злобу дня. Земля. Огонь. На сердце боль от перепаханной Огнем истерзанной земли На ней народ посеянный страдает. Такова цена свободы, права. Её мы уплатили и крепнет Боль и праведность в молодых сердцах. Пускай! Нам будет тяжело, И раны, боль, накроют небо, И звук лишь болью в сердце Отзовётся. Нам всё равно. Нас не сломить. Пора запомнить Вам... И сколько не били вы, По нашим городам. Не падем. Убить нас можно, но сломить... И вы, шакалов стая, бежите То в школы, то в ТЦ, от ран Всё громче завывая, молите. Зовёте всех богов и уповаете На милость. Но вы — стреляли И вы кричали о своей победе. Так что — где в сердцах ваших бравада? Я вижу лица и знамёна, но воинов Средь вас нет. Жалкие шакалы. Так что, лишь так вы можете Вопить, трусливо руки вверх Подняв, надеясь снова вогнать нож? Мы вас простим. Сломаем руки, пальцы И автоматы заберем, но не забудем Обстрелов наших городов. Земля кипит, огонь нас призывает, Здесь всё как ад, но здесь наш дом И если начертано — умрем. Но вас не пустим в наши города. Россия вперед!