WHOSAYING

Мои отношения с поэзией долго были неопределёнными. Она пришла в мою жизнь спонтанно и изначально служила отвлечением от типичной русской зависимости, тяги к страданиям, механизм действия сродни метадону. Я пересела на стихи. Сейчас мы живём душа в душу. Поэзия наполняет грубое существование тонкими смыслами. Она учит отпускать контроль, как бы странно это не звучало, но сначала ты сдаёшься потоку полностью и только потом включаешься в работу с материалом. Кем надиктованы строки — вопрос, который задаёт себе каждый уважающий себя поэт...

Ничего нового не скажу, хочу лишь подчеркнуть, но давайте через метафору. Тут всё как в сексе: те, кто отчаянно трутся слизистой о партнёра в надежде поскорее кончить, упускают удовольствие в процессе. Вот только оргазм длится секунды, а путь к нему может занимать часы. Стоит ли игра свеч? Давайте о насущном, расскажу о себе. Я вернулась в Россию пару месяцев назад с глобальной целью завоевать внимание отечественного читателя и слушателя, голодного до современной поэзии. Сразу начала вести паблик BK и завела канал на Дзене, но они не особо продвигаются...

Путешествия тем хороши, что невозможно из них вернуться прежним. Стоит оторваться от привычного уклада и распорядка, как начинают всплывать забытые желания и базовые настройки. Именно в продолжительном отрыве от знакомого и понятного мы узнаём себя. Иногда одни, иногда с близкими, а порой и с теми, кто скорее всего нас больше никогда не увидит. Люблю чистить галерею в самолёте. Это своего рода ритуал подготовки к появлению в жизни нового, переоценки ценностей. Мне нравится пересматривать старые материалы и сравнивать чувства, которые испытывала от них раньше и сейчас...

У меня было ощущение, что я вышла из трипа. Будто бы меня резко отпустило и нужно встать, отряхнуться и пойти дальше. Желательно сменить сетинг и побыть с этим ощущением в новом месте. Вот это перформанс — удивляется внутренний цензор. Не часто увидишь, чтоб человек на полу в кафе выдавливал из себя со слезами признания для образа отца. В начале сессии было не по себе, я долго мялась перед тем, как признать, что сегодня мне катастрофически необходима помощь. Признать собственное бессилие непросто, позволить его себе без вины и стыда — единственная роскошь, которая могла скрасить это утро...