Путь к здоровью

Не просто так... Есть у меня такая теория, что каждый человек задумывался о смерти. Ну есть смысл в этом, жизнь имеет свойство заканчиваться. Я стала задумываться о таких вещах, когда биполярное расстройство достигало пика спада. Я спланировала идеальный способ с%ицида, а это не так просто. У каждого варианта свои нюансы... Часто говорят, все с%ицидники трусы, отнюдь, нужно иметь огромную смелость, чтобы на это пойти. Но БАР, вроде как подлечили, моя психика пришла в относительную норму. Но я молила о смерти, как я молила об освобождении от боли... Был прекрасный день, я в хорошем настроении ехала к онкологу снимать швы (металлические скобы). Забавная история со швами была весной, когда после ВМА, меня отправляли снимать швы в местную поликлинику. На что мне там сказали: "а чем? Нам нечем их снимать, решите проблему самостоятельно". Как мы всей семьёй смеялись, мол у них, что ножниц с пинцетом нет 😂. Но в этот раз были скобы, а мой прекрасный онколог Петровский, сказал, что всё сделает. Скобы сняли. Я прогулялась, подышала воздухом летнего Питера и наслаждалась мыслями о том, что всё закончилось...глупышка. Я часто ошибаюсь. Агония пришла внезапно, на следующий день. Сначала заболел бок, боль нарастала. Через пару часов я звонила маме, ибо была уже не в состоянии дойти до соседней комнаты, просила помощи. Мама примчалась обеспокоенная, испуганная. Скорая приехала через 30 минут, дежурная скорой помощи вколола мне трамадол и перечитав выписку, подозвала близких к себе и начала им нашёптывать (со слов мамы): "у неё злокачественная опухоль, будет всегда больно", на это ей ответили, что опухоль вырезали. Но она продолжала шептать "такую большую опухоль не вырезают, всё так там и осталось". Мол живите так дальше, всё нормально, а опухоль в животе так и есть, это же рак, и уехала. Но боль не прошла, меня начало выворачивать наизнанку, родители стали вызывать очередную скорую, но никто не ехал на протяжении нескольких часов. Вот такая вот "скорая" помощь. К ночи приехала вторая бригада с решением госпитализировать в Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи имени И. И. Джанелидзе. Фатальная ошибка, но я уже была в такой агонии, что просто просила меня убить. Там, в приёмной мы провели ещё пару часов. Пару часов ада, но мама говорит ко мне никто не подходил 4 часа. Да, что ко мне, ни к кому не подходили. Мама имея образования сиделки, меняла судна больным и пыталась добиться помощи своему ребёнку, но все отвечали, что мы здесь не одни и всем нужна помощь. Кратко говоря, уже ближе к рассвету я помню, как меня повели на анализы. Я смутно помню, что меня кто-то придерживал для рентгена, как я прошла кт, вообще не знаю. На восходе солнца меня направили в палату и поставили капельницу с но-шпой, я слабым голосом попросила врача, объясняя что во мне трамадол и но-шпа никогда не помогала. И только тогда ко мне подошел хирург, прочитал выписку, почитал результаты анализов, наверно понял, что нужно оперировать. Забавно так это вспоминать, я чуть не лишилась жизни от того как в нашей стране всё запущено... Резюмирую: если вас выписали после полосных операций, обязательно спросите нужно ли вам принимать противотромбозные препараты. Вам может это не только помочь в выздоровлении, но и исключить риски тромбоза, а может и смерти. P.s.: сейчас я огребаю последствия, этого самого тромбоза. Ведь никакого препарата от него мне не выписали, и очень часто жалею, что выжила... Это плохо, никогда не думайте так. Ваша жизнь бесценна! Вы бесценны! Любите и будьте любимы🖤

Такой судьбоносный июль. Госпитализация в конце июня состоялась. Ты заходишь в хорошие палаты, обустроенные койки, для полного удобства пациентов. Смущала, только адово пекло за окном. Лето в Питере стояло жаркое, а то, что палаты располагались на солнечной стороне зания, никак не облегчало жизнь. Из палаты сразу же провожают на забор крови и консультацию с твоим лечащим хирургом-онкологом - Каливо Э. А. Прогнозы не радовали, сказано было, что могут вывести калоностому, вырезать мочевой пузырь, матку, яичники, потому что истинных размеров опухоли и её расположения пока не известно. Совет: не паникуйте, вас предупреждают о рисках, но если вы в опытных руках, то доктор постарается минимизировать все угрозы. Но тогда я об этом не знала, долго плакала. Помогли звонки родителей, сестры, поддержка в такие дни - бесценна. Мамин муж - батя, он старался поддержать шутками и приколами, постоянно что-то мне отправлял в соц.сети. Смеялась я искренне. 😂 И вот он день Х. Ты в тонкой сорочке ложишься на каталку, с грохотом едешь по коридорам в операционную. Бабки в палате напугали как больно будет вставлять подключичный катетер (эта штука - идеальна, медикаменты поступают, катетер в руках болит, ноет, этот незаметен). Кратко говоря, когда я легла на стол перед анестезиологом, меня трясло. Доктор успокаивал и я честно призналась, что боюсь этой боли от катетера. Анестезиолог матюкнулся, сказал, нашла кого слушать и предупредил, что будет неприятно. Голову поворачиваешь на бок, делаешь глубокий вдох, в подключичную вену долго что-то входит, доставляя дискомфорт, казалось, что трубка дошла до печени - болело именно там 😂. Затем тебе ставят спинальную анестезию. Ты готов. Но вот, мгновение и ты на операционном столе. Страха, как раньше не было, предварительный разговор с мамой помог. Тут намного быстрее отключили. Я даже не поняла в какой момент пошел наркоз. И я проснулась в реанимации. Духота, жара, ой, как было жарко и...больно. Очень больно, весь живот, вроде как онемел, но как же это было больно. Я любила шутить, что меня выпотрошили как уточку, но тогда было несмешно. Из тругого отсека реанимации разносились крики и стоны. Это раздражало. Я теперь уже понимаю, что когда мне больно я становлюсь злой. Мед. сестры бегали и обкалывали больных обезболивающим, но мужчина продолжал кричать, мешая всем спать. Весь мед персонал пытался ему объяснить, что его обезболивают в нужном количестве. Но паника творит с людьми всякое, да и кто слаб духом... Не буду об этом, я просила уколы каждые пару часов, сон не поддавался. Сутки пролетели, утром я была на своей койке, в своей палате. Но что-то пошло не так, сатурация падала, как и давление, мне стали вливать пинты крови, к вечеру прибыл мой хирург и направил обратно в операционную. Сосуд не прижгли, у меня открылось внутреннее кровотечение. События предыдущего дня повторились. Всё обошлось. Но я всё так же придерживаюсь мнения, что меня сглазили. Через пару дней в палате у меня отошла спинальная анестезия, как я орала... Этот крик ночью сотрясал стены коридора, помпу с обезболивающим заново не вставишь, но уколы не сильно облегчали мои муки. Кто бы знал, но лечил мамин голос. Не дать, не взять - лекарь моей души. Мама говорила со мной спокойно, обо всём. Это отвлекало. В конечном итоге, через пару дней к боли я привыкла, а радость от того, что мой живот в разы уменьшился дарила покой. Всё радовало. Трава зеленее, вода вкуснее, воздух чище и даже жара не мешала, мне просто было хорошо. А благодаря хорошим соседкам по палате, ещё и весело. Рак на каждой из них "повеселился" по разному, но они стойко переносили испытания судьбы, а персонал онкодиспансера облегчал муки. Помогал переносить невзгоды без боли. За их понимание и самоотдачу, благодарность. Спустя пару недель меня выписали, но со страшной и самой маленькой ошибкой, которая испортила мне жизнь... Но это уже другая история. P. s.: дома я плакала, когда обнимала родителей и подругу. Такая вот нюня стала. Любите и будьте любимы🖤 И СЛЕДИТЕ ЗА ЗДОРОВЬЕМ!

Сложно достичь постоянства, когда ты парой пропадаешь по больницам, а по приходу у тебя что-то болит. Опять. Знаете, боль, для каждого мучительна по своему. Да и вообще, много кто говорит, что нет ничего страшнее моральной боли. Но как моя психотерапия доказала, моральная боль длится 15 минут, всё остальное самовнушение. А с физической не всё так просто, её не преодолеть, не проработать, не помогает самовнушение, а порой бесполезны и лекарства. Как я кричала, грызла рукава, скрипела зубами, драла волосы, хотелось бросится под машину, когда родители под руки вели меня на второй приём к онкологу, в начале мая 2021 года, после КТ и МРТ. Боль была невыносима. Одного зуба я лишилась, крошился второй, когда скрежеща зубами и обливаясь слезами, всхлипывая я села на стул напротив Петровского. Меня направили в городской клинический онкологический диспансер на Берёзовую. Так 7 мая мне открыли мой полуторогодовалый больничный. На руках был рецепт на опиаты (они тоже не сильно помогли). Думая о том дне, я всегда вспоминаю мамино лицо. Эта сильная женщина всегда учила нас доброте, доверию, прощению, доказывая свою любовь безграничными самоотдачей и заботой. Она осталась с двумя детьми на руках после смерти моего папы. Мы были маленькими и мало понимали всю тяжесть её невзгод, но она молча встала на ноги, подняла нас, и только, когда мы уже выросли решила устроить свою жизнь. Но мы никогда не слышали от неё, что ей тяжело, не жаловаться - это семейное. Сейчас я понимаю, как эта практика губительна - всегда показывать, что ты и сам справишься. Там у кабинета онколога, царапая руки в кровь, чтобы хоть как-то отвлечься, чтобы не кричать от боли, в маминых глазах читалась боль. Мучительная. Вселенская. Та самая, которую может испытывать только мать, неспособная помочь своему ребёнку. Пусть он уже вырос, у него давно своя жизнь, но в её глазах, ты всего лишь дитя, которое страдает. И я страдала в ответ, мамино сердце "обливалось кровью", и я была причиной той боли, что она несла молча. Стойко. Причитая "потерпи, Асюша. Купим таблетки, тебе полегчает", и я без зазрений совести врала, что они помогали. Май проносился молниеносно: опиаты затуманивали рассудок, мы мотались онкодиспансера до онкоцентра, за очередным рецептом, биопсия, результаты анализов. День рождения свой, я вообще не заметила. В Питере стояла жара, а я моталась. Мы ругались со страховой, нас хотели принудить к платным анализам, до 12к. руб., за каждый. Заставляли писать отказы от ОМС, иначе не соглашались делать какие-либо анализы. Совет: идёте к лечащему доктору, если он не в силах помочь, то к заведующему клиники и требуете направления на бесплатные анализы и обследования. Государство нам это даёт по полису ОМС, требуйте то, что вам позволено. Результаты таковы - фиброзная опухоль, вроде как операбельна, вроде как доброкачественная. И если морально я была готова услышать диагноз, то вот эти вот "вроде" НИХЕРА не радовали. В июне был назначен консилиум, на котором сообщили дату операцию, перед которым нужно было сдать кровь, сделать ЭКГ и ПЦР тест. Если уж с ПЦР было понятно, но на кой черт кровь и ЭКГ, если в день госпитализации собирают снова 😂. Ой, не могу 😂. Впереди ждали июль и день госпитализации. Я была полна надежд...пока... P. s.: ой, не могу я с этого "считает себя больной". Смеюсь по сей день. По этому, тоже не забывайте чаще смеяться🖤 Не падайте никогда духом и будьте сильными🖤

"Солнечный" апрель. Не передать ощущения, которые ты испытываешь когда ложишься на операционный стол. С самого утра, ты с притворным спокойствием переодеваешься в больничную, стерильную робу; завязываешь операционные носки, поверх антиэмболических чулков, выдают лишь дрожащие пальцы. Но когда каталку с грохотом ввозят в твою палату, вот оно, твоё время. Пора. Ты ложишься, тебя накрывают одеялом и везут по длинным коридорам в операционную. Там снуют мед сестры, анестезиолог, всё слажено - хирург ждет у стола. Ласковое "перекладывайся на стол", резко бьёт по ушам. Сердце отбивает чечётку, когда тебе объясняют, что будут вводить наркоз внутривенно, всё будет хорошо и отвлекая задают вопросы о татуировках. - Кто это у тебя на плече? - Спрашивал, по доброму улыбаясь, анестезиолог. - Доктор Стрэндж, - вяло отвечала я, чувствуя как по вене расползается тепло, веки тяжелели. Темнота. С каждой операцией этот страх проходил, но это была вторая операция в моей жизни, тогда он был со мной в ярких красках. Очнувшись в реанимации, я не чувствовала боли, разум был помутнён, полумрак успокаивал. Но я так надеялась нащупать 4 повязки, на дырках от лапароскопии. Каков был ужас, когда я нащупала повязку на 10 см, от лобка до пупка, что-то было не так. Я надавила и поняла, что был разрез, боль пронзила низ живота, я вскрикнула. Подошла мед сестра, я попросила обезболивающее и провалилась в темноту, после укола. На следующее утро я проснулась, мне опять пришлось перекатывать свою задницу на каталку и ехать в палату, с надеждой, что всё обошлось. Но...это чёртово "но", в обед ко мне в палату пришла хирург (скажу сразу, прекрасный хирург, она ещё долго мне звонила и интересовалась моим здоровьем), КОРОЧЕ, мне сообщили, что при введении камеры в полость живота было ясно, что там не киста. Приняли решение вспороть, в операционную вызвали заведующего хирургии и было ясно, что операция не связана с гинекологией, и это образование было спаяно с крупными сосудами. Они взяли материал на биопсию и заштопали. Наталия Борисовна, посоветовала срочно обратиться к онкологу, образование было больше 15 см., и если что, то химия может легко локализовать дальнейшее развитие. Сказать, как развивается паника и страх, когда ты внешне строишь из себя сильную и весёлую бабёнку? Ты звонишь маме, говоришь, что всё хорошо, пишешь близким, что жива и это уже хорошо. А сама в кровь расчёсываешь тело, паранойя, что в палате клопы. В итоге к выписке меня обкалывали успокоительными и давали таблетки от аллергии. Выписалась я с огромными болячками и постоянно чесалась. Середина апреля была солнечной, Петербург цвёл и благоухал, ну как цвёл😊 - на улице сновали улыбающиеся люди, для меня нет ничего прекраснее, чем человек, который искренне улыбается, не стесняясь, идёт с гордо поднятой головой. Причалы открывались, пахло выпечкой и кофе, тепло было не только из-за погоды. Но, я была...хм...расстроена? Рассержена? Разочарована? Шокирована? А может всё в совокупи. Мне было холодно. Темно. Вдохновение покинуло мою душу, способность видеть прекрасное во всём и всех...исчезло. Но я сразу же обратилась к гинекологу с выпиской, тот направил меня в онкоцентр в 39 поликлинике. (Тут просто повезло, лучший онколог, с которым я могла общаться - Петровский С. Г.) Я ждала первичного приёма и надеялась на лучшее, выходя на работу...

Мантры о будущем. Знаете что такое любовь? Раньше мне казалось я всегда знала... и заблуждалась, что давала волю этому чувству. Моя психотерапия это доказала. Биполярное расстройство медленно и верно уходило в ремиссию, а новый спектр эмоций, который раскрывался в феврале, уже двадцать первого года ошеломил. К началу февраля, то-ли от желания отметить прошедший Новогодний праздник, то-ли в честь легко перенесенного ковида, я собрала тех, кто смог прийти (тут можно понять, у кого работа, у кого семья - ВСЕХ не соберешь). Мы, с девочками, пошли курить кальян и пить чай. Снег усыпал Санкт-Петербург, мороз украшал щеки в румянец, пришла зима. Я ехала на ту встречу, уже осознавая, что впереди может случится всякое. Обнять, лишний раз, близких и таких родных людей - прекрасный повод., неправда ли?) Я убеждена в этом, по сей день. К слову, мы душевно посидели, без каких либо горячительных напитков, играли в приставку, курили кальян, вспоминали и от души смеялись. Я смотрела на них и прокручивала в голове слова психотерапевта о своих барьерах самозащиты. Тяжкое прошлое не позволяло мне прочувствовать и давать волю своей любви. Но тот день всё изменил, впереди меня ждали анализы и подготовка к операции, страх этого пронизывал до кончиков пальцев...но...тот день... Я просто позволила проникнуть любви к близким, намного глубже, чем мозг или сердце, я пропиталась ею всеми фибрами души. Пришло понимание - вот он мой покой, когда они смеются, расслабленно потягивающие отвратительно сладкий чай, подтрунивая над моими странными вкусами. Хотелось обнимать и дарить всё то тепло, что я прятала годами. Тот вечер подарил мне многое, но и отнял полную уверенность, что мне не страшно умереть. Началась гонка: работа - больницы - дом. Анализы, рабочие задачи, скандалы дома, когда боль достигала пика, и всюду приходилось держать лицо. Я не могла никому рассказать или признаться в своих страхах, неуверенности. К середине февраля я уже была с тростью, ходить без поддержки - не было сил. Я попала в неотложку, боль была невыносима, рекомендации - больше обезболивающих. С квотой в ВМА, к началу марта, всё было решено, я сдала все документы, оставались лишь пару самых отвратительных и тяжелых анализов - это фгдс и колоноскопия. И я прекрасно знала, что это такое... В 2017 году, была такая же подготовка к лапароскопии...Господи, Боже ты мой, молодым девочкам нужно подробно объяснять, что это за процедуры, тогда, как помню, я звонила маме в шоке, причитая "мама, меня лишили а**льной девственности"😂. И вот спустя 10 пакетиков лавакола и 12-ти часового марафона до уборной, я легла на стол обследования, понятно, что без КТ с контрастом размеров опухоли не знали, да и все считали, что это киста. Но там на столе было ясно, что всё не так радужно, как я обнадёживала себя. Было больно... Опухоль передавила кишечник, мешая обследованию, но тут спасибо, без метастаз. Я была стойкой первые пять минут, затем сжимая зубы до скрипа, лила горькие слёзы. Совет: если находят какую либо онкологию, следите за зубами, лечите кариес - раскрошатся, в считанные месяцы. Но никак не подав вида близким, я продолжала шутить и всех веселить. В такой гонке, 2 месяца пролетели на раз. Но... Я безмерно скучала, самое тяжелое в болезни, для меня - не иметь возможности видеться с близкими людьми... Понятное дело, что одна из подруг была моей коллегой (она же позвала в мегафон работать), мне очень нравилось общаться с директором офиса - прекрасная девочка, но не хватало, особенно, тех с кем общение разорвалось, разделяли километры. И если в Санкт-Петербурге были редкие встречи, то с НИМИ - никаких... Я изнывала от тоски. Брала кофе и шла к Мариинскому театру, чтобы настроить себя: ВЫЗДОРОВЛЮ! ОБЯЗАТЕЛЬНО ОБНИМУ!(эту мантру, я повторяю по сей день...горько...) Первого апреля - никому не верь, вот и я соврала, что день госпитализации позже, не хотела никого волновать.. Помог психотерапевт, если честно. Втихаря я много плакала... Внешне держалась! 31 марта. День был ясным, вещи в сумке, я надеялась на лучшее. Любите и будьте любимы 🖤