Всем обо всём

Он умер в 1.30 ночи, в маленькой комнате при гостинице «Раву» в деревушке Овер-сюр-Уаз на севере Франции, за три франка в месяц аренды. Он — Ван Гог. Художник, чьё полное имя невозможно произнести без особого тембра голоса — не потому что его жизнь была наполнена страданием, а потому что сама боль оказалась единственным, что он реально продавал миру. Двадцать семь лет — от Гента до Брюсселя, от Парижа до Арля, от Овера навсегда — и тысяча масляных полотен, которые за всю его жизнь не приобрёл ни один живой человек ни за один капитал. Тео, его младший и единственно верный брат, пережил Ван Гога всего на полгода...

На борту USS Forrestal находилось более трёхсот моряков и лётчиков, и каждый из них утром двадцать девятого июля 1967 года выполнял одну простую, привычную, рутинную задачу. Палуба над Тонкинским заливом, под жарким вьетнамским солнцем, стояла в дымке приближающегося дождя. Самолёты выстраивались в очередь на заправку и подготовку ко второму вылету за день против северовьетнамских позиций. Это была обычная операция, в которую уже не вмещалось ничего неожиданного — ни в подготовке, ни в небе под ним, ни в ожиданиях тех, кто стоял на палубе. А потом одна ракета Zuni, случайно запущенная с крыла...

Представь: два часа ночи, маленький скромный отель в южной Баварии, в зале собралось тридцать человек. Никто из них не знал, что именно это собрание перевернёт ход столетия. 29 июля 1921 года Адольф Гитлер стал вождём НСДАП — партии, в которую на тот момент входило меньше людей, чем сидит в одном кинотеатре на вечернем сеансе. Партия существовала три года, но оставалась маргинальным бюрократическим кружком без денег, без медиа и без ясной программы. Её члены — крестьяне, ветераны, ремесленники из Мюнхена — приходили на собрания, чтобы пожаловаться на республику Веймара, репарации и унижение, которое навязала Германия после 1918-й...