Владимир Порцевский

Студент, доброволец. Жебетин, 8 мая 1945 Жебетин (западнее Брно). Война кончается. Приехали оставшиеся в Брно, там уже электрический свет, и они воспользовались, прошлой ночью включили радиоприемник. Чехословацкие радиостанции на всех языках передавали сообщение о капитуляции Германии. А у нас противник упорно сопротивляется, никаких изменений нет. Вокруг на горах зеленые леса, бродил и бродил бы. Несколько раз уже ходил. Источник: Дневник Владимира Порцевского, https://prozhito.org/person/367 Проект «Настоящий 1945» создан студией...

Cтудент-физик. Брно, 1 мая 1945 Брно. Мы на прекрасной окраине, в бывшей казарме, угловой дом типа Стромынкинского общежития. По одной улице аллея тополей, по другой — аллея деревьев в розовой пене цветов, не знаю, какие это деревья, условно называю олеандрами. Виллы, обвитые до крыши прижавшимися прямо к стенам растениями, железные решетки, цветы. В центре был еще один раз — из Богунице с Носковым ходил. Попали под ливень. Сегодня после обеда опять отпросился. Не дает покоя судьба Кости, от него давно нет писем, еще до наступления на Берлин. Боюсь получить обратно свое письмо к нему с пометкой: «Выбыл»...

Cтудент, доброволец. Чехословакия, 22 апреля 1945 Опубликовано в рамках проекта «Настоящий 1945» Жидлоховице (19 км южнее Брно). За железными решетками нарядные садики и виллы. Комфорт в домах. Европейская кухня с легкопереносимой металлической печкой, плита, сосуды с надписями: сахар, какао, кофе и т.д. Хлева с канализацией. Колонка во дворе, воду не таскать издалека. Экономия времени, освобождение женщины от каторжного домашнего труда. Дворец президента Чехословацкой республики с парком, липовые аллеи...

Студент, доброволец. Густопече, 19 апреля 1945 Опубликовано в рамках проекта «Настоящий 1945» Густопече. Несет по улицам захолустного и безлюдного городка пыль и бумагу. Шерстянкин и еще двое связистов погибли, когда тянули линию, от огня шестиствольных минометов. Шерстянкин был образцовым младшим командиром и комсоргом; я отошел от всего такого. Городок этот чехословацкий, потом Германия присоединила к себе, к Австрии, и переименовала — Auspitz. Мы образовали выступ к Брно с юга и немцы собирают кулак: 6 тыс...

Студент, доброволец. Чехословакия, 16 апреля 1945 Опубликовано в рамках проекта «Настоящий 1945» Лошадиное побоище в селе, в одном сарае с распотрошенными лошадьми полчеловека. Пыль стоит — не вздохнешь: обозы, машины едут. Пирамидку делал, а сады цветут. Горит нефть, бьющая из скважины: немцы подожгли, — шумит, как водопад. Оказалось, нефтяной район. Позаботился о лежащем в соседнем доме раненом: сбегал в медсанбат, выпросил подводу и отвез раненого. У подъезда медсанбата очередь стонущих и безмолвствующих пожелтевших раненых, искромсанных...

Студент, доброволец. Глбоке, 12 апреля 1945. Опубликовано в рамках проекта «Настоящий 1945» Глбоке. Чистое, веселое село, не затронутое войной. Площадь, замощенная перед церковью, памятник кому-то, запруда и цементные мостки с железными перилами. А кругом все зеленеет. Казаки наши здесь пьянствовали, и как боялись нас первую ночь! Прошел по селу. Взошел на скат. На западе — город, близко. Отпросился — сходил. Очутился один в зеленых полях, жаворонки поют — душа зарадовалась. Но город оказался местечком Сеница, дома большие, но в основном — одна улица, магазины погромлены, пыль, набито войск...

Студентр, доброволец. Трнава, 4 апреля 1945 Опубликовано в рамках проекта «Настоящий 1945» Взбудоражила всех пронесшаяся весть, что Гитлер ушел в подполье, немецкие войска отступают без всякого сопротивления, управление войсками отсутствует. А мне только Толю было жаль, радости не было. И вдруг оказалось, что это сообщение — плод винных паров. Солдатов понес письма на почту и, проходя мимо генеральского часового, с радости сказал ему это сообщение; тот, не раздумывая, взял да и препроводи его к генералу (генерал, наверно, услышал и приказал привести к себе). Генерал выслушал, спросил, где выпил, и позвонил — привести в порядок сержанта Солдатова...

Студент, доброволец. Трнава, 3 апреля 1945 Опубликовано в рамках проекта «Настоящий 1945» Трнава. Сюда вышли машины, перегруженные как никогда: все стремились за трофеями. Ехали ночью. Разбитые тигры на шоссе, рядом в пыли валяются убитые немцы, танкист раскинут на броне у снесенной башни. Это всё попадало в свет фар, по бокам же тьма, не видны следы боев. В Трнаве такая же, как ив Байа-Маре, безалаберщина. Опять все пьяные. А ночь? Провожал задержанного у разбитого маяка, прошелся по переулку. А...