Вера Ланская

— Подпиши согласие на залог дома, Таня, завтра в десять утра мы с Вадимом должны подать оригиналы в банк. Зоя Михайловна с размаху бросила на кухонный стол толстую пластиковую папку синего цвета, отчего фарфоровая чашка с недопитым чаем глухо звякнула о блюдце. Я замерла посреди кухни. В правой руке осталась льняная салфетка, которой я только что натирала белую керамическую масленку с васильковым узором. Рука остановилась над гладким фарфоровым бортиком, салфетка застыла на полпути. На плите тихо остывал чайник, потрескивая конфоркой...

— В пятницу внесёшь первый взнос за загородный ресторан, Саш, мы с Лерочкой уже выбрали зал с беседкой на восемьдесят гостей. Нина Григорьевна стряхнула с фарфорового блюдца невидимую соринку и пододвинула к себе сахарницу с той несуетливой важностью, с какой чиновники ставят круглую гербовую печать на чужих прошениях. Я замерла посреди кухни с тяжелой керамической кружкой в руках, не донеся ее до столешницы на пару ладоней. Горячий чай едва заметно колыхнулся, обдав пальцы влажным паром. — На...

— Чай с малиной попьёшь недельку, отлежишься, и всё как рукой снимет, а четыреста восемьдесят тысяч мы вчера перевели Глебу — парню подниматься надо. Надежда Борисовна смахнула сухой ладонью хлебные крошки со стола в горсть и высыпала их в эмалированную миску у плиты. Дно миски отозвалось сухим стуком. Я замерла посреди кухни, не дотянувшись влажной ветошью до стеклянного плафона светильника, и капля мыльной воды упала на сиденье табурета. В руке остывала тряпка, с которой медленно сбегала серая пена...

— Собирай коробки, Поля, в субботу к десяти утра приедут грузчики, а ключи от квартиры я отдаю новым хозяевам. Константин бросил на стол два рулона скотча, глухо звякнувших о край солонки. Я замерла посреди кухни с влажной ветошью в руке, которой только что оттирала пыль с полки гарнитура. Капли упали на линолеум. — Каким хозяевам, Костя? — спросила я, не оборачиваясь. — Семье с двумя детьми, — муж бросил куртку на табурет. — Мы с мамой во вторник все решили, пока ты была на смене. В селе Ягодное у матери дом крепкий, двадцать соток земли, сад, колодец...

— Алла, ты ворота не запирай, грейдер сейчас щебень прямо через наш двор к Макарычу погонит, мы так порешили, — буднично бросил Владимир, вытирая серые от смазки пальцы о замусоленную тряпку. Он сказал это с такой лёгкостью, словно попросил передать за столом солонку. На крыльце дачного дома стояла свекровь, Ираида Степановна, в выцветшем шерстяном кардигане крупной вязки, и придирчиво оглядывала клумбу с хостами. Я замерла на второй ступени с пластиковым термосом и лазерным дальномером в руках...