В октябре 1945-го отряд НКВД сталкивается в тайге с людьми, превращёнными в зверей, и правдой, которую нельзя докладывать наверх
Суховей нахмурился, пытаясь понять, что именно встревожило Гурадзе, но промолчал, ожидая, пока тот заговорит первым. Магара подошёл к ведру у печки, зачерпнул воды кружкой и протянул её Гурадзе. — На, пей, успокойся, — коротко сказал он, не добавляя лишних слов. Гурадзе отпил из кружки, его голос был хриплым, словно пересохшее горло не позволяло говорить громко. — Капитан, — начал он, глядя прямо на Суховея, — мне кажется, я что-то видел. — Говори. Видение ускользало, растворялось. Гурадзе отчаянно цеплялся за него...