Назад в нулевые | Тюменская область

Воды в Тюмени было вдоволь, целая река текла под самым обрывом, и вся сложность заключалась в том, чтобы поднять её наверх. Горожане думали долго и решились на то, что в те годы было редкостью даже в больших городах. Старый город стоял на крутом правом берегу Туры, и подняться от реки с полными вёдрами было непросто. Воду из реки пили без опаски: она считалась чистой, в ней водились нельма, язь и окунь. Женщины шли по обрыву с коромыслами, мужчины ставили бочки на телеги и развозили воду по дворам...

Помните ли вы, как тюменцы между собой называли этот сад «Огородом»? И речь вовсе не про грядки. Больше полутора веков назад на этом месте вообще не было сада — только шум, грязь и бесконечные торговые ряды. Тюмень в те годы жила торговлей, и для города такая площадь была чем-то вроде главной точки притяжения — сюда стекались и горожане, и приезжие из окрестных деревень. С начала 1860-х годов здесь, в границах нынешних улиц Первомайской, Ленина, Орджоникидзе и Герцена, раскинулась огромная Базарная площадь, куда свезли торговлю сразу с нескольких старых рынков города...

Ещё в конце 19 века многие тюменцы не умели написать собственное имя — а потом в городе появился этот дом. Время тогда было такое: без элементарной грамоты становилось всё сложнее найти работу. Государство начало строить по всей стране новые школы, где бывшие крестьяне и мещане могли научиться считать, вести хозяйство и разбираться в документах и договорах. Одной из таких школ в Тюмени стало Николаевское училище. Построили его на углу тогдашнего Трусовского переулка и Спасской улицы — так раньше...

Этот ковёр наверняка висел или лежал у кого-то из ваших родных, но мало кто знает, что когда-то он спасал сибиряков от мороза там, где не справлялась даже самая тёплая одежда. Речь о тюменском ковре: чёрный фон, алые розы, длинный ворс. Он в 19 и 20 веках был известен далеко за пределами Сибири, а сегодня — один из главных символов Тюмени. Долгое время такой ковёр делали вовсе не для украшения. В Сибири обычный половик промерзал за считанные минуты, а плотный ворс из тысяч завязанных вручную узелков морозу не поддавался...