- Бросай работу и рожай. Свекровь всё решила за меня
– Кир, а может нам пора уже – ну, насчёт ребёночка? Мама говорит, тянуть нельзя. Глеб сказал это, не поднимая глаз. Ковырял вилкой рис в тарелке, и зёрнышки рассыпались – белые, мелкие, одинаковые. Я поставила стакан. Аккуратно. Чтобы не стукнул о столешницу. Семь лет. Семь лет мы женаты, и семь лет я слышу этот вопрос. Сначала – раз в полгода, мягко, с улыбкой. А потом – каждый месяц, уже без улыбки. И последний год – каждые две недели, стабильно, как платёж по ипотеке. Я даже считала: двадцать раз за год он поднимал эту тему...