Конфликты с соседями

Захар последние четыре года жил один. Привык к тишине, к пустым комнатам, к тому, что ужин - это лишняя тарелка, которую не надо мыть. Ушел на рыбалку затемно, вернулся и едва добрался до кровати. Стянул сапоги, уронил их на пол, потом провалился в темноту, как в ледяную прорубь. Очнулся от резкого, хлещущего в ноздри запаха нашатыря. Горло обожгло, глаза защипало, он попытался подняться, но тело не слушалось, тяжелое, чужое, набитое свинцом. - Очухался, Слава Богу, - услышал голос Витьки. Закадычный...

— Ты что, реально собрался здесь все закатать в бетон? Эти теплицы отец своими руками ставил, он каждый колышек здесь полировал, а ты притащил строительный мусор и говоришь «сделаем зону отдыха»? Андрей стоял посреди заросшего сорняками участка, сжимая в руке старую, почерневшую от времени лопату. — Сережа, очнись, земля — она кормить должна, а не под мангалом дымиться! Сергей, младший брат, даже не обернулся. Он приложил к глазам ладонь, козырьком защищаясь от яркого майского солнца, и обвел взглядом их общие шесть соток...

Лида подглядывала за соседкой, и та знала об этом. "Опять свет в кухне выключила, значит подглядывает из окна, ох Лидка, до чего ж ты противная", - усмехнулась Ирма. Проводив гостей, Ирма постояла у ворот, глядя вслед отъехавшему автомобилю и вернулась в дом. Входную дверь, как и калитку она закрывать не стала: знала что прибежит Лида. Да ей и самой хотелось повидать соседку, иначе ведь спать не ляжет. Она чайник наполнила и поставила на плиту, после гостей и чая нет. Убрала грязную посуду в раковину и за стол села...

Анна с Клавдией жили в соседях всю жизнь. Обе остались в родительском доме, обе вышли замуж, но особой дружбы между ними не было. В детстве дружили, вместе играли, в школу ходили, а когда повзрослели постепенно поняли, что слишком они разные. Сейчас уже Анна старая, ей восемьдесят. Она смотрит в окно, как разбирают старый дом соседки Клавдии, которая умерла в семьдесят два года. Дом был ветхий. Если в доме никто не живет, он быстро стареет, разрушается. За ним нужен постоянный уход. А этот дом стоит уже восемь лет без хозяйки, без присмотра...

– А это ещё что такое? Марина стояла посреди двора, задрав голову, и разглядывала окно родного дома. Точнее, то, что вокруг окна. Наличник был новый. Свежий, ещё не потемневший, из светлой сосны, с прорезным узором понизу и с круглым солнышком в верхнем углу – лучики врозь, серединка ямкой. Никакого солнышка на мамином доме отродясь не было. Был серый рассохшийся наличник с облупившейся синей краской, который Марина помнила лет с шести. – Мам, красиво же, – отозвался Кирилл, не отрываясь от телефона...

Светлана приехала в областной центр. Она поступила в училище культуры, и теперь ей предстояло стать студенткой. Девушка радовалась, тем более, что её тётушка, работавшая в училище завхозом, предоставила Свете комнату в коммунальной квартире. Сама тётка давно жила в отдельной двухкомнатной квартире, а комнату долгие годы сдавала. - Пользуйся, и учись хорошо, - тётя отдала ключи Свете, - соседи там, прямо скажу: «не ах», но тебе ведь временно… Главное, там есть инструмент, хоть и расстроенный. А комната чистая, я кое-кого не пускала… Коммунальная квартира была на три семьи...