Психология отношений и семьи

Говорят, что блогеры в белых халатах в соцсетях заполонили интернет, а реальной квалификации у многих из них нет. Давайте разбираться. Оказывается, цифры просто шокирующие. По данным вице-президента Всемирного совета по психотерапии Виктора Макарова, в России насчитывается свыше 300 тысяч человек, которые проводят психологические консультации без профильного образования. Большинство из них окончили лишь двухнедельные курсы по психологии, а многие раньше занимались эзотерикой или народным целительством...

«Что же она за психолог, если не может разобраться в собственной жизни?». Такие комментарии всё чаще появляются после выхода сериала «Выход» в онлайн-кинотеатре СМОТРИМ. Зрители обсуждают героиню Софию Дорину, сильного специалиста, который помогает другим, но сам оказывается в ситуации, где ответы не так очевидны. Вопрос звучит жёстко, но вполне логично: если человек умеет разбираться в чужих проблемах, почему он не может быстро решить свои? Этот же вопрос возникает и в реальной жизни – не только по отношению к героям сериалов, но и к психологам как к профессии...

«Я же как лучше хочу» – одна из самых конфликтных фраз в семье. За ней может стоять и искренняя забота, и попытка вмешаться в чужую жизнь. В последние годы разговор о личных границах стал почти универсальным ответом на такие ситуации: если границы нарушают, их нужно защищать. Но в реальной жизни всё устроено сложнее. Люди в возрасте 30–45 лет часто оказываются в ситуации двойного давления. С одной стороны – дети, которым нужна свобода. С другой – родители, которые продолжают воспринимать взрослого человека как ребёнка...

Что, если ваш терапевт может не только выслушать вас, но и узнать все ваши тайны? В сериале «Выход» блестящий психотерапевт София Дорина разработала уникальный метод работы с подсознанием — через гипноз и погружение в так называемую «чёрную комнату». Когда одна из её пациенток совершает убийство и утверждает, что действовала под внушением, перед зрителем встаёт вопрос: а возможно ли такое в реальности? Мы решили разобраться: что современная наука знает о гипнозе, насколько он опасен и правда ли, что человека можно «запрограммировать» на преступление...

«Я поймала себя на мысли, что боюсь возвращаться домой к мужу». Такие фразы редко звучат публично. Тем более, от людей, чья жизнь со стороны выглядит благополучной: стабильная семья, ухоженный дом, партнёр, который «заботится» и всегда на связи...

Я поставила сумку на соседний стул и только взялась за край чашки, когда мужчина напротив произнёс: – А кто будет сидеть с детьми, когда мы поженимся? Чашка замерла на полпути. Я посмотрела на него поверх ободка. – С какими детьми? У меня нет детей. – У меня есть, – сказал он спокойно. – Двое. Поэтому я и спрашиваю. Мы сидели в кафе на первом этаже жилой девятиэтажки – не в центре, а в спальном районе, посередине между моим домом и его. Обычное место: пластиковые стулья, стойка с пирожными за стеклом, гудит холодильник...