Шелкопряд историй

В марте 1939 года Макс Брод покидал Прагу. Немецкие войска уже подходили к Чехословакии, времени почти не оставалось. Брод сел в один из последних поездов, которым ещё можно было выбраться из страны, и повёз с собой багаж, ценность которого тогда невозможно было измерить деньгами. Среди его вещей лежали рукописи Франца Кафки. Те самые рукописи, которых к этому времени вообще не должно было существовать. Пятнадцатью годами раньше Кафка распорядился их уничтожить. Не спрятать до лучших времён, не передать библиотеке и даже не оставить другу решать их судьбу...

В 1505 году у письма, отправленного из Брюсселя в Инсбрук, появилось то, чего прежде от почты почти не ждали: срок прибытия. Пять с половиной дней летом. Шесть с половиной зимой. Не если дороги будут хороши и не когда гонец доберётся. Срок был записан в договоре. Более того, существовали специальные листы, по которым можно было проверять, где и когда прошла почта. Для Европы начала XVI века это было почти невероятно. Письмо впервые становилось не приключением отдельного всадника, а частью работающего механизма...

Одна маленькая пуговица могла сделать то, чего не удавалось поясу, булавке или фибуле. Она позволяла ткани плотно обнять запястье, пройти по линии груди, талии и бёдер, а потом снова разойтись там, где это было нужно портному. Сегодня мы застёгиваем рубашку почти не глядя. В XIII и XIV веках такая застёжка помогала создавать совершенно новый силуэт. Именно поэтому история пуговицы оказывается не историей мелкой галантереи. За ней стоят портные, проповедники, городские законы, спор о приличии и один из самых заметных переломов европейской моды...

Первое, что сделали с кольцом, которое однажды объявят возможной личной вещью Уильяма Шекспира, было почти варварством. Его опустили в азотную кислоту. В марте 1810 года миссис Мартин нашла в поле Милл-Клоуз, примыкавшем к кладбищу церкви Святой Троицы в Стратфорде-на-Эйвоне, тяжёлое почерневшее кольцо. На первый взгляд оно могло оказаться серебряной безделушкой. Проверить решили способом простым и беспощадным. Металл подвергли действию кислоты. Серебро могло не пережить такую проверку. Но кольцо осталось целым и засияло золотом...