TIC

Пока очередной «цифровой художник» выкладывает свой NFT-шедевр, а в Instagram восторженно репостят «рисунки, созданные искусственным интеллектом», большинство зрителей вежливо кивает, чтобы не показаться динозаврами. Но есть одна деталь, о которой не кричат с обложек Wired и TED Talk — искусственный интеллект становится все умнее, только вот искусству от этого не легче. Хуже того, в погоне за «идеальным творцом» мы рискуем получить не гениального робота, а алгоритмического идиота, который будет штамповать «гениальные» банальности быстрее, чем вы успеете допить утренний латте...

Если бы Давид умел принимать донаты Давайте честно: если бы Микеланджело оказался среди нас сегодня, ему бы хватило пяти минут, чтобы понять — XXI век всё ещё боится обнажённого тела больше, чем налоговой проверки. И если бы у великого Бонарроти появился аккаунт на OnlyFans, современная публика мгновенно бы решила: вот кто по-настоящему достоин ваших донатов! А ведь сам Микеланджело ничего нового не предложил бы — просто был бы самим собой, только вместо мрамора загрузил бы цифровые “шедевры”, которые и спустя полтысячи лет вызывают странное чувство неловкости и зависти...

Давайте честно. Вы опять в кинотеатре, в зале пахнет попкорном, рядом ребёнок в костюме Человека-паука, а на экране какой-то очередной шутящий кусок резины в трико спасает вселенную. Вы хлопаете. Марвел благодарит ваш кошелёк, а ваш мозг — молча скулит в углу. Вам не стыдно? Ах, да, ведь это «блокбастер года» и «кино для всей семьи». Ммм, вкусненько — прожаренный мозг под мариновкой CGI. Не путайте: Marvel — это не кино, это завод по производству одинаковых гамбургеров для зрителя. Каждая сцена...

Величайшие умы прошлых веков и современные тиктокеры — как думаете, это сравнение абсурдно? А вот и нет. Сегодня десятки миллионов людей знакомятся с Бетховеном не на концерте и не в филармонии, а через двухсекундные нарезки, где “Лунная соната” сопровождает челлендж с кошками или разоблачения “фейков”. Если бы Бетховен родился сегодня, ему пришлось бы забыть про длинные партитуры и уместить всю страсть “Пятой симфонии” в 15 секунд — иначе никто не дослушает. Может, вместо нотного стана он бы выбрал...

Когда-то образы Харинга считали уродством городской среды. Его человечки, собаки и сердечки — примитив, который раздражал стражей порядка и добропорядочных граждан. Сегодня этими же каракулями украшают галереи, к ним выстраиваются очереди, их разбирают на сувениры. Искусство стало ширпотребом, где вчерашний нарушитель теперь — икона для коллекционеров и брендов. Харинг легко вписался в новую религию потребления: чем проще, тем дороже. Кто-то видит в рисунках Харинга вечную свободу, голос улиц и борьбу с системой...