Тени за твоей спиной

Мне всегда казалось, что в наблюдении за животными есть нечто утешающее. Когда ты часами смотришь, как лиса исследует свой охотничий участок или как белка прячет орехи, твои собственные проблемы кажутся чем-то незначительным. Я думаю, что любовь к природе досталась мне от отца. Мой отец был гениальным селекционером и садовником, который исчез при загадочных обстоятельствах во время одного из посещений своего домика у леса. Он всегда говорил, что природа хранит больше тайн, чем мы можем себе представить...

Туман был повсюду. Он не был обычным. Это не был просто естественный утренний или вечерний паранормальный феномен, когда земля опускается в свои темные, влажные объятия. Это был что-то другое. Он не скрывал реальность, а менял её. Он вкрадывался в голову, как ядовитый газ, оставляя после себя странные, неясные ощущения. Он превращал пространство в нечто большее, чем просто лес или дорога, по которой Лена шла. Лена не понимала, почему она здесь. Она шла, не осознавая цели, не зная, как оказалась в этом месте...

Павел проснулся на кухне от стука ветки в окно. В первые секунды он не сразу понял, где находится: стол, ободранная табуретка, пустая кружка с потёками засохшего чая, недопитая бутылка водки. Голова раскалывалась, тело ныло от усталости. Вспомнился вечер — ссора с Лерой. Она стояла в прихожей, злая и чужая, в пальто нараспашку, и бросала в него слова, как камни: — Ты никогда не слушаешь, Паша! Всё время только про себя! И эти твои постоянные насмешки... — А ты себя слышишь? — огрызнулся он, подавляя раздражение, которое быстро превращалось в гнев...

Петля Привет. Не знаю, зачем пишу это. Может, чтобы кто-то подсказал, как дальше быть. Или просто чтобы выговориться. Всё, что я дальше напишу звучит как бред, но я уверен: это было реально. "Практика осознания. Первый шаг к себе. Ваша жизнь точно изменится. Бесплатно." Я увидел это объявление в автобусе. Знаете, такие листочки, которые клеят на стёкла? Напечатано на дешевом принтере, телефон выцвел, бумага помятая. Ничего особенного, но почему-то взгляд цепляется. "Точно изменится" – слова, которые не дают покоя, если внутри уже пусто...

Это не мой ребёнок. Эта мысль не выходила у меня из головы. — Дорогая? — тихо произнёс мой муж. — Всё в порядке? — Кто это? — спросила я, уставившись на девочку, которую никогда прежде не видела. Она стояла в нашей гостиной, одетая в одежду моей дочери. — Где Лиза? Муж нахмурился. Девочка, которая явно не была Лизой, посмотрела на меня испуганными глазами. — Что ты имеешь в виду? — спросил он, с тревогой наблюдая за мной. — Ты себя хорошо чувствуешь? Почему он уклоняется от ответа? Почему не может просто сказать правду? Я глубоко вздохнула, стараясь взять себя в руки...

Никто не знает, что такое настоящее дно, пока его не коснётся. Меня уволили с работы, на которой я честно вкалывал последние десять лет. Причём не просто уволили — место занял какой-то стажёр, и в тот же день от меня ушла девушка. Как вам такой набор? Чёрт побери, у меня даже кредит за её телефон не выплачен. Какой-то жалкий фарс, а не жизнь. После ночи с бутылкой и примерно сорока разосланными резюме — с сопроводительными письмами, которые я и сам не смог бы перечитать без содрогания, — я рухнул спать...

На его профиле в Дайвинчике было указано, что ему сорок пять, но выглядел он лет на тридцать, не больше. "Ищу содержанку. 70 тысяч в неделю. Без интима." Это казалось слишком хорошим, чтобы быть правдой, но, как бедная студентка университета, я была готова рискнуть. Я провела вправо, и Дайвинчик сообщил мне, что у нас совпадение. Его сообщение пришло через секунду. "Привет, крошка :)" Я сморщилась при этом слове, я его терпеть не могла, но семьдесят тысяч — это семьдесят тысяч, так что я проглотила своё раздражение и ответила...

Тридцатый день рождения мужа приближался, и я решила, что хочу сделать для него что-то особенное. Он всегда был не очень-то склонен просить то, чего на самом деле хочет, но на этот раз, когда я задала ему вопрос, ответ пришел незамедлительно. — А как ты отнесешься к тройничку? … Что? Видимо, мой взгляд всё сказал за меня, потому что он тут же начал извиняться и объяснять. Я была для него более чем достаточной, но это было что-то, о чем он давно мечтал, и, как он выразился, «это могло бы добавить искру в нашу жизнь» (которая, как мне казалось, и так была вполне насыщенной)...

Моя жена Катя начала поглядывать на меня из-за углов и из-за мебели. Сначала это было просто странно, но постепенно это начало меня пугать. Мы с Катей вместе уже шесть лет, женаты — одиннадцать месяцев. Всё это время она была, что называется, образцом нормальности. Ни единого случая странного поведения, ни одного тревожного звоночка. Никогда. И это было для неё совершенно нехарактерно. Катя всегда была человеком разумным, серьёзным, вдумчивым. Она не любила дурачиться и не была склонна пугать меня неожиданными выходками...

Алена была нормальной, когда мы познакомились, когда начали встречаться. Месяцы, целый год. А теперь… "Подожди минутку, мне надо быстренько в душ." Она шагнула в ванную нашей съёмной квартиры, и услышал звук воды, льющейся в душевой, в третий раз за день. Она принимала душ утром, потом после обеда, и вот снова, перед ужином. И несмотря на это, клянусь, вся квартира будто была пропитана зловонием, словно кто-то умер и гнил в шкафу. Я не стал останавливать её, хотя её постоянные душевые процедуры, похоже, вообще не помогали избавиться от этой вони...

Меня зовут Алена, и с тех пор, как я себя помню, меня мучает странное и пугающее недомогание. Я не слепая; для меня всё выглядит нормально. Но каждый раз, когда я смотрю в зеркало, вижу только затылок. Единственное преимущество этой странности — мне легко расчёсывать свои длинные светлые волосы, но, помимо этого, это ощущается как проклятие. Чем старше я становлюсь, тем тяжелее мне с этим мириться. Это трудно объяснить. Люди видят меня, но когда они пытаются описать, как я выгляжу, слова, которые они подбирают, кажутся несуществующими...

Началось всё с невинного, казалось бы, предупреждения от старика, живущего по соседству. Угрюмый дед с неряшливой бородой и в поношенной клетчатой рубашке. Его никто особо не замечал и не приветствовал, но однажды вечером, когда я запирал дверь, он вдруг подошел ко мне с каким-то странным беспокойством в глазах. – Ты ведь один тут живешь, да? – его голос был хриплым, словно он не говорил с людьми уже несколько дней. – Да, – я ответил, чувствуя лёгкое беспокойство. – А что? Он наклонился ближе, и я почувствовал запах дешевого самогона...