Тело и завтрак

В прошлую пятницу я в двадцать минут восьмого открыла холодильник и поняла, что продукты на неделю у меня впервые дожили до пятницы: полпачки творога, два огурца и пучок петрушки, который уже сдался. Мне пятьдесят два. Раньше я приходила из магазина с двумя пакетами, тратила на готовку полвоскресенья, а в четверг всё равно стояла у полок и придумывала ужин заново. Считала я не рубли и не калории. В тетрадку в клетку я писала одну вещь: в какой вечер ужин случился, а в какой я обошлась чаем с сушками...

В прошлый вторник я гладила бельё и наткнулась в шкафу на мамину кофту — вязаную, горчичного цвета, с растянутыми карманами. Примерила просто так, машинально, чтобы убрать в пакет для дачи. Она сошлась. Не свисала, не тянула — легла точно, как своя. Мне пятьдесят два, и я стояла перед зеркалом в мамином свитере дольше, чем нужно, чтобы понять простую вещь: сошлась. До этого я просто говорила себе: боюсь стать как мама. А тут первый раз поняла — чего именно я боюсь. Мерю я это не по ощущению и не по фотографиям — по тетрадке в клетку, куда пишу вес по вторникам вот уже пятый месяц...

В прошлый вторник я лежала в половине двенадцатого ночи с открытыми глазами, а муж уже спал рядом, повернувшись на бок, как всегда. Мне пятьдесят два. Ещё в марте, на кухне у сестры за чаем, я впервые сказала вслух то, что до этого только думала: желание секса у меня пропало, а мужа я люблю точно так же, как десять лет назад, может, даже больше. Сестра посмотрела на меня, как на чудачку, и сказала: «Ну а что тут думать — возраст». Я тогда кивнула, а внутри почему-то стало только хуже. Если это просто возраст, значит, надо смириться? А смиряться мне не хотелось...

В прошлую среду я стояла у входа в поликлинику ещё до открытия регистратуры и куталась в куртку, хотя на табло у аптеки напротив светилось плюс восемнадцать. Мне пятьдесят два. Уже полгода у меня было одно универсальное объяснение на всё: устала. Плохо сплю — устала. Мёрзну там, где раньше было нормально тепло, — наверное, опять недосып. Слово удобное, спокойное, ничего не требует. В то утро, стоя у закрытой двери, я впервые подумала, что оно, кажется, перестало быть точным. Расскажу не по порядку — у меня самой в голове это лежит вперемешку: весна, август, позавчера...