Миры Тайниковского

Коридор оборвался внезапно — так обрывается фраза, которую забыли договорить. Аэлин остановился первым. Он всегда останавливался первым, когда впереди было что-то, что стоило рассматривать долго, — и по тому, как замерли его длинные уши, я понял: зал за поворотом того стоил. Мы вышли, и я на секунду забыл, зачем вообще пришёл в подземелье. Свод здесь уходил не вверх, а вдаль — низкий, широкий, покрытый бледно-серебристым инеем не то соли, не то кристаллов, которые ловили свет магической лампы Пипп...

Мы спускались в этот зал долго — по стёртым ступеням, где каждый камень был скользким от старой воды. Горм шёл первым, потому что Горм всегда идёт первым там, где можно поскользнуться и сломать себе что-нибудь важное. Я слушал, как капает где-то впереди: не редкая капель, а частая, дробная, будто кто-то невидимый отбивал ритм пальцами по камню. Зал открылся неожиданно, как это бывает под землёй, — стена расступилась, и мы встали на пороге чаши. Свод здесь был низкий, весь в наростах бледного лишайника, и он светился...

Это случилось на второй день после зала с прудом, где Горм с Аэлином ловили рыб. Аэлин шёл впереди — что само по себе было странно, потому что обычно Горм держал позицию головного, а длинноухий предпочитал идти сзади и комментировать всё, что видел. Но в это утро — или что здесь считалось утром, потому что в подземелье единственным временем суток было «сейчас» — Аэлин вдруг обогнал всех и пошёл первым с видом человека, у которого есть конкретная цель. Горм посмотрел на меня. Я пожал плечами. Дварф кивнул — мол, ладно, посмотрим — и передвинул тесак поудобнее...

Озеро мы нашли на четвёртый день. Не сразу — сначала был запах. Я почуял его первым: что-то живое и влажное, совсем не похожее на ту застоявшуюся сырость, которая пропитывала нижние коридоры и оседала на языке медью. Это пахло иначе — прохладно, чисто, с чуть уловимой травяной сладостью, как будто ветер с поверхности каким-то чудом пробрался сквозь сотни метров камня и залёг здесь, в темноте, ожидая гостей. Горм остановился первым. Поднял руку — коротко, без слов. Остальные встали. Коридор впереди расширялся...

Если понравится, не забудь подписаться, чтобы следить за выходом новых статей!) Всем приятного аппетита! Мы шли уже шестой час, а коридор все не менялся. Тот же низкий потолок в тёмных разводах влаги. Те же стены — серые, плотные и равнодушные. Пол под ногами становился всё более скользким: глубокие ярусы всегда "потеют", будто само подземелье дышит изнутри и не успевает просохнуть. Свет магической лампы Пипп ловил в камне крупинки слюды, рассыпал их блёстками по стенам, и от этого темнота вокруг казалась ещё плотнее — она отступала ровно на шаг и тут же смыкалась за спиной...