Школьные диалоги

Начало диалога читайте в предыдущем посте. …Я вижу, как Саша снова чувствует один из оттенков злости. Интересно, как наш мозг заставляет нас чувствовать то же самое, что и в стрессовый момент, даже, когда обстоятельства уже изменились. — Допустим, Лёня действительно недогадливый. Проведем такой мыслительный эксперимент. Как ты видишь, Лёня себя плохо по этому поводу не чувствует. Давай попробуем понять, почему это для тебя проблема. Согласен? — Да. — Вот Лёня недогадливый. И что для тебя это значит? — ..Ну что он будет мне мешать! - после паузы говорит Саша. — И тогда ты можешь ошибиться и не получить результат, который ты хочешь. Это про это? — Да! — Ты чувствуешь тревогу, когда думаешь, что можешь не получить результат, верно? — Верно. Мне важно показать Саше, что на самом деле он чувствует тревогу/страх. Злость вторична. И причина его самочувствия не в Лёне. — Давай посмотрим, что с тобой происходит. Мы выяснили, что ты чувствуешь напряжение не потому, что Лёня недогадливый, а потому что думаешь, что он сможет тебе помешать получить тот результат, который ты хочешь. Чтобы этого не случилось, ты начинаешь злиться, отталкиваешь его словами, интонацией. Это отдаляет вас друг от друга, ухудшает ваши отношения. Ты это видишь? — Да! Летом мы с ним так хорошо общались! Нормально ж всё было! — То есть ты хочешь продолжать с Лёней общаться, дружить с ним? — Конечно, хочу! — Давай подумаем, как можно тебе помочь. Как ты думаешь, действительно ли Лёня мог критично помешать работе вашей группы? — Думаю, что нет. Просто это очень отвлекает. — Да, тебе хотелось быть сосредоточенным на своей работе. Как только ты думаешь, что тебе будут мешать и ты чувствуешь напряжение, это тебе помогает как-то хорошо выполнять задание? — Нет. — То есть на самом деле не Лёня тебе мешает, а то, что ты думаешь о Лёне. Видишь это? — Да. — Можешь вспомнить, что именно ты сказал Лёне, когда тот ответит тебе неприятными словами? — Я ему сказал: «Иди и с другой стороны пройди». — Знаешь, я вот сейчас слышу эту фразу и мне стало как-то не по себе. Как думаешь, почему? — Как будто я ему приказал. — Добавь туда ещё интонацию соответствующую. Как думаешь, можно понять Лёню, почему он так грубо ответил тебе? — Да, - вздыхает Саша. — Как можно сказать по-другому в следующий раз, когда к тебе подойдет Лёня? — Надо вежливо попросить. — Да, было бы неплохо добавить вежливые слова и построить предложение в виде просьбы. А ещё можно проговорить, почему тебе важно, чтобы Лёня прошёл с другой стороны, и не ждать, что он догадается сам. Правда, ведь? — Да. — Мы говорили с Лёней о тебе. Он искренне не понимает, почему у вас отношения изменились. Попробуешь поговорить с Лёней и рассказать, что с тобой происходит? — Да, попробую. — Как ты себя сейчас чувствуешь? — Получше. Теперь я знаю, что мне делать. Смотрю на класс. Кто-то доделывает проектные работы, кто-то раздает тетради, а кто-то дожевывает бутерброд. Делаю глоток воды. Звенит звонок. Ну и кто сказал, что 20 минут - это большие перемены? 😄

— Саш, можно я задам тебе один вопрос? Саша смотрит на меня пока не понимающими глазами и с готовностью отвечает: — Конечно. — В последнее время мне стало казаться, что у вас в отношениях с Лёней что-то происходит. Расскажешь? - аккуратно спрашиваю я. Ребята раньше сидели в одной группе, но в последнее время предпочитают работать в разных.  А после урока физкультуры одноклассники поделились, что Саша столкнул Лёню с лыжни, когда тот случайно наехал ему на лыжи. Выражение лица Саши меняется, и он, словно с облегчением, что может поговорить о том, что его долго мучило, выдохнул: — Да, Татьяна Александровна! — Что тебе важно мне сейчас сказать? — Мне кажется, что Лёня.. как это сказать… Меня не понимает! Вот! — Ты думаешь, что Лёня тебя не понимает. Делаю паузу и вижу, как Саша усиленно кивает. А что ты чувствуешь, когда с тобой рядом Лёня? — Я чувствую.. я чувствую… - Саша усиленно ищет слова, которые могут передать его состояние. - Я чувствую напряжение! - Саше наконец-то удаётся найти подходящее слово. Я смотрю на Сашу и вижу, как его руки сжались в кулаки, а лоб сильно напрягся. Я знаю, что это за эмоция, но я перепроверяю. — Саша, это похоже на злость? - спрашиваю я. — Да-да! Я начинаю злиться, когда Лёня ко мне подходит! — Давай попробуем разобраться почему. Можешь вспомнить ситуацию с Лёней, когда ты почувствовал злость? — Ну вот сегодня. Мы с ребятами стоим и доделываем проект на перемене. Лёня хочет пройти там, где мы стоим. Но там тесно! Я ему говорю, чтобы он прошел с другой стороны. А он мне: «Саш, да задолбал ты уже!» Я слышу, что Саша расстроен. — Саша, Лёня хотел пройти там, где стоял ты с ребятами. И ты почувствовал в этот момент напряжение. Правильно я тебя поняла? Саша кивнул. — А что ты подумал, когда Лёня хотел пройти там? — Что я подумал… Что я подумал… - Саша пытается вспомнить. Я вижу, как он старается.  - Я подумал, что Лёня опять меня не поймет! — То есть ты заранее решил, что Лёня не сможет тебя понять, верно? — Ну да. Он меня не понимает совсем! – А Лёня какой в этот момент, когда он тебя не понимает? — Лёня какой-то… как бы это сказать… — Можешь не стесняться, если вдруг ты подумал что-то, за что тебе может быть стыдно. Давай попробуем увидеть, что с тобой происходит, когда рядом Лёня, - подбадриваю его я. — Ну я подумал, что Лёня.. какой-то недогадливый! Вот! Ну мы ж там стоим. Ну что он не видит что ли! В другом месте же можно пройти! - вдруг затараторил Саша. Я вижу, как Саша снова чувствует один из оттенков злости. Интересно, как наш мозг заставляет нас чувствовать то же самое, что и в стрессовый момент, даже, когда обстоятельства уже изменились. Продолжение следует…

— Татьяна Александровна, ну вот объясните мне, что это за вселенская несправедливость! - лукаво улыбаясь, приглашает меня в разговор Марина. — Ну, рассказывай, что у тебя там, - принимаю приглашение. Улыбаюсь в ответ. — Вот вчера, - охотно начинает Марина, - я помогала бабушке мыть посуду. - Мыла я чашку, а она, ну как бы это сказать, - Марина мнётся, - чашка, ну как это, выскааальзываает, ну и разбивается, - уже совсем тихо, опустив голову, заканчивает Марина. — То есть ты вчера разбила чашку, когда помогала бабушке, - резюмирую я. — Ну да! - бодро поднимает голову Марина, не услышав осуждения в моём голосе. С ещё большим энтузиазмом выпалила: — Вы бы слышали, как бабушка вчера ругалась! Я с пониманием улыбаюсь. — Ну, Татьяна Александровна, как это понимать: как мама посуду бьёт, так - на счастье; а как я - так «Что у тебя, Марина, руки дырявые?!» … Ради счастья в доме и кружку не жалко.

— Татьяна Александровна, Лиза испортила парту, - тихонько проговорила Соня. Перемена. Ребята отдыхают. Соня подошла к моему столу и смотрит на меня виновато. — Ну давай, пойдем посмотрим, что значит «испортила», - и мы вместе с Соней идем в конец класса. Совсем недавно нам заменили парты. Взамен тёмной, коричневой мебели в класс поставили светлую. Новехонькие парты уже как пару недель дразняще отражали свет ярких школьных ламп. Мы подходим к последней парте. Соня своим маленьким пальчиком показывает на надпись синими чернилами. Лиза подробно расписала два внетабличных случая деления двузначного числа на однозначное. «Удобные слагаемые подобрала верно»,- по учительской привычке проверила я. Но увидев внимательно смотрящую на меня Соню, вспомнила, что проверяю примеры, записанные на парте. Встретившись с Соней взглядом, я кивнула, молчаливо сказав, что разберусь. «Разберусь.., - подумала я и почувствовала, как начинает подниматься возмущение. Через открытую дверь класса я видела Лизу, весело играющую с девочками. Я понимаю, что мне не стоит звать сейчас Лизу. Мне нужно сначала разобраться с собой. Я знаю, что проблема не в исписанной парте, а в том, что я думаю об этом. Я иду к своему столу. «Ну хоть примеры решила верно,» - подбадриваю себя я. Я знаю, что, возмущаясь, я спорю с реальностью. Я знаю, что это безумие хотеть, чтобы парта не была исписана тогда, когда я уже вижу на ней надпись. — Что я хочу? - спрашиваю я про себя, присев на стул. Я знаю ответ. Вновь чистую парту. Чтобы Лиза больше так не делала. Чтобы Лиза так не делала не из страха, а потому что больше не разрешает себе сама так поступать. Урок чтения. Дети приступают к задачам в своих проектных группах. Я подхожу к Лизе. Она доделывает предыдущее задание. На столе несколько черновиков, которые закрывают исписанный стол. Я отодвигаю один из листков. — Лиза, что это? - негромко спрашиваю я, чтобы не отвлекать других ребят. Краем глаза вижу, как Соня отвлеклась от задания и наблюдает за нами из своей группы. — Это… на математике я считала пример, он не получался,.. - рассеяно проговорила Лиза. Чтобы показать, что мне волноваться не стоит, указательным пальцем она интенсивно начала подтирать первую цифру. Но цифра настойчиво оставалась на месте. Лиза остановилась, видя тщетность своих попыток. — Ты знаешь, где у нас лежат черновики, Лиза? - также негромко уточняю я. — Знаю. Лиза опустила голову и не смотрит на меня. Она ждёт. Я вижу, как напряглись её плечи, которые, казалось, хотели спрятать её голову. Лиза знает, как реагируют взрослые. А я знаю, что она научилась выстраивать невидимую стену, сквозь которою ни одно слово не заходит туда, куда его направляют кричащие взрослые. — Я не буду тебя ругать, Лиза, - спокойно продолжаю, - Я хочу, чтобы парта вновь была чистой и этого больше не повторялось. Я могу на это рассчитывать? — Да, - Лиза подняла голову и посмотрела на меня. Дети работают. Я прохожу между группами. Ребята задают уточняющие вопросы, выслушивают рекомендации. Предвкушаю на следующий урок их презентации. … Учебный день закончен. Классный кабинет снова пуст. Я поднимаю с пола ручку и несу в конец класса, чтобы поставить в стаканчик для «потеряшек». Взгляд останавливается на последней парте. Она, как и другие, дразняще отражает свет ярких школьных ламп.

— Теперь ты видишь, почему здесь ошибка? Понимающий кивок - я поднимаю голову. Идут допы по математике. Ребята старательно грызут выражения с внетабличным умножением. — Как ваши дела? Вы где сейчас? - интересуюсь я. — Я на четвертом, - с последней парты раздается голос Максима. — Я уже на десятом, - следом говорит Костя. — И нечего хвастаться! - раздраженно, с привкусом обиды отпарировал Максим. Все остальные решили предусмотрительно промолчать. После недавнего Зайца Д. Мамина-Сибиряка из «Аленушкиных сказок» хвастаться решительно не хочется. 😄 — Максим, я вижу, что ты раздражен. Ты думаешь, что Костя решил похвастаться, когда сказал, что он на десятом номере, так? - осознанно делаю акцент на слове «думаешь». — Да. — Максим, а когда вы с Костей общаетесь в обычной обстановке - на переменах, после уроков - он часто хвастается? - проверяю я свою гипотезу. — Ну, когда мы просто общаемся, Костя не хвастается. А как математика - так сразу начинает, - обидчиво выпалил Максим. — Да не хвастаюсь я, - буркнул Костя, продолжая писать пример. — То есть ты думаешь, что Костя хотел показать тебе, что он лучше тебя, и поэтому ты так возмущен? — Да! — А бывает, что у Кости что-то получается лучше, чем у тебя, вне математики? — Нуу да, - протянул Максим. — И в этот момент, когда что-то получается у Кости лучше, чем у тебя, ты не думаешь, что он хвастается? — Не думаю. — А почему же ты сейчас подумал, что Костя хвастается? — Ну потому что я и так тороплюсь! Боюсь не успеть, а тут ещё он говорит, что на десятом! - на одном дыхании проговорил Максим, - Это ещё больше заставляет меня злиться! — Максим! Я очень рада, что ты видишь, что то, как ты себя чувствуешь, никак не связано с Костей. Ты уже до того, как Костя сказал слова, чувствовал эту эмоцию. Ведь правда? — Да. — А давай у Кости спросим, хотел ли он своими словами сказать, что он лучше тебя? Костя, что скажешь? — Да нет, конечно! Максим сказал, на каком он номере. Ну и я сказал, - пожал плечами Костя. — Максим, - обращаюсь к мальчику на последней парте, - как ты себя чувствуешь, когда знаешь, что Костя не хотел показать, что он лучше тебя, а лишь сообщил о том, какой он номер делает? Ты продолжаешь чувствовать раздражение? — Нет, мне спокойно. — Посмотрите, как интересно бывает, - обращаюсь к ребятам, - Мы что-то подумали про случившееся и почувствовали себя плохо. А как только увидели, что ситуация может значить совершенно другое, то и чувствуем мы себя совершенно по-другому. — Бывает и так, что ваши товарищи хотят разделить с вами радость от того, что у них что-то получается. Ведь правда? — Радоваться за другого и видеть в нем пример возможного для вас - ещё один способ почувствовать себя лучше. А ещё любить свой свой темп. Мы делаем задания не на скорость. Дополнительные как раз для того, чтобы отработать то, что не получается и довести до автоматизма то, что получается хорошо. Ребята продолжают кропотливо расправляться со следующими примерами. Помогая следующему ученику, краем глаза смотрю на Костю. Тот встает с тренажером, подходит к Максиму и тихонько шепчет: — На, спиши, чтобы побыстрее было! Так и живем. 😄 Всегда есть, что обсудить с ребятами.💪🏋️‍♀️ Ежедневно мы сталкиваемся с ситуациями, которые вызывают эмоциональный дискомфорт. Эмоции - гениальная задумка Природы, которая позволила человеку выжить как виду. Но нас никто не учил, как с ними справляться. Без вреда себе и другим. На эмоциях мы можем совершать поступки, о которых потом жалеем, которые лишь отдаляют нас от того, что так желаемо нами. Что, если может быть по-другому?

— Ура! Пятерка! - радостно восклицает София, забирая проверенную тетрадку. — София, а что у вас с Варей? - как бы между делом спрашиваю я у девочки. Выражение лица Софии мгновенно меняется. — Мы играли с Варей в коридоре. Я сказала, что сейчас отнесу игрушку и продолжу играть. Когда пришла, она уже играла с Алисой. А потом мы стали прыгать по клеточкам, я стояла за Варей, а потом должна была быть Алиса. В итоге я оказалась последней, - выпалила София. — София, что ты чувствуешь сейчас? — Обиду, - опустила глаза София. Я внутри ликую. Наконец-то мы дошли от «мне неприятно» к тому, что ребята идентифицируют свою эмоцию. Вспоминаю свои сессии с клиентами. А сколько взрослых людей не могут толком сформулировать, что они чувствуют! Возвращаюсь к Софии. — Я понимаю, как это чувствуется… София, если мы на минутку попробуем представить, что этого всего не произошло, - мягко продолжаю я, - ты бы хотела продолжать общаться с девочками, дружить с ними? — Да. — А как ты думаешь, когда ты отворачиваешься от Вари и не говоришь ни слова ей о том, как ты себя чувствуешь и что думаешь о ситуации, это помогает вам стать ближе друг к другу? София смотрит на меня, не моргая, своими красивыми глазами с огромными ресницами. Потом опускает глаза и тихо шепчет: — Нет. — София, а что ты подумала, когда увидела Варю, которая не дождалась тебя и стала играть с Алисой? Молчит, пытаясь сформулировать. Я помогаю ей: — Ты подумала, что не нужна девочкам, что ты для них ничего не значишь? — Да, - также тихо сказала София. — А как ты смотришь на то, чтобы мы уточнили у девочек, так ли это на самом деле? София кивает, и я зову Варю и Алису. Потом я прошу Софию рассказать девочкам, как она увидела ситуацию. — Девочки, это правда, что София для вас ничего не значит? — Нет, конечно! - говорит Варя, - мне нравится играть с Софией. — А с Софией мы вообще с садика дружим, она мой самый лучший друг, - подхватывает Алиса. Я обращаюсь к Варе, чтобы окончательно прояснить ситуацию: — Варя, а почему ты не дождалась Софию, когда та ушла, чтобы положить игрушку? — А я так и не поняла, почему она убежала. На перемене было так шумно, что я ничего не услышала. — София, ты ещё чувствуешь обиду? - поворачиваюсь я к Софии. — Нет! - улыбается. — Ну тогда что же вы стоите?! Обнимааашки! Девчонки хохочут, обнимаются и идут играть на перемену. Проверяю тетрадки и продолжаю думать над произошедшем. Ведь каждому из нас знакомы ситуации, когда мы обижались или обижались на нас. «Наказывали» ли вы или вас молчанием в детстве? А сейчас? Что я знаю точно - наши автоматические реакции не приводят к тому, что мы хотим. Наши нужды не удовлетворяются, отношения с тем, кто нам дорог, портятся. Стоит ли платить такую цену? 

— Татьяна Александровна, посмотрите! Я раздаю тетради. Несколько минут до начала первого урока. Ребята как обычно о чём-то щебечут друг с другом. — Ну, что там, Миш, - нехотя иду ему навстречу. «Так, надо запустить задание на доске.. Даше напомнить о том, что нужно доделать в задании.. отсутствующие - не забыть бы опять, кто б ещё сказал, в каком чате эта ссылка - вечно её теряю; так.. в чистописании прописать нижние соединения - не очень получаются у них… Ещё не записала число на доске… емае… какое сегодня число.. надо посмотреть на телефоне..» — Татьяна Александровна, ну посмотрите! - я вздрогнула: голос Миши меня снова разбудил. Миша стоит у окна и куда-то смотрит. На улице ещё темно. В некоторых окнах стоящих напротив домов горит свет. — Куда смотреть-то? - мне остаётся пару шагов до окна. Я ничего не вижу. Утренние сумерки лишь напоминают мне о том, что было бы неплохо в это время лежать под одеялом в своей кровати. Что-то внутри тоскливо сжимается. — Видите? - с восхищением в голосе, вглядываясь в моё лицо в ожидании реакции, говорит Миша. Я смотрю перед собой и вижу дом. Вот дерево. Вот несколько опаздывающих ребят родители высаживают у ворот школы. Поворачиваю голову, и я понимаю, о чём говорит Миша. За двумя строящимися высотками оранжево-малиновое зарево, будто изнутри, подсвечивает тяжелые зимние тучи, которыми застлано небо. Миша позвал меня увидеть, как рождается новый день. — Красиво, - протягиваю я, всматриваясь несколько мгновений в восход солнца. По телу разливается приятное ощущение спокойствия и умиротворения. Ничего не изменилось вокруг. Я в классе, держу в руках тетради, которые нужно раздать. Ребята что-то щебечут друг другу. Но больше нет напряжения. Я больше не тону в мыслях, которые приходят без приглашения. Я здесь. — Спасибо, что позвал, - смотрю в сияющее Мишино лицо. Звенит звонок. Начинается новый учебный день.