Таганай Дзен

Год 2025 был богат на открытия. В растительном царстве появились новые виды, благодаря ранее не известному степному сообществу на склоне скальных отрогов урочища Семибратка. Здесь были зафиксированы лук торчащий и жабрица Крылова. Грибное царство пополнилось 31 новым видом, среди которых наиболее впечатляющими оказались микростома вытянутая – алый гриб-колокольчик, лимбладия трубчатая – кусок черной икры на моховом валежнике, кордицепс военный – споровый пожиратель насекомых, клавария хрупкая – белоснежные пальчики феи...

(Основано на реальных событиях) Жил-был камень. О-о-о-о-чень долго жил. Сотни миллионов лет грозные подземные силы ваяли его облик. Скалы сковывало льдом, крошило зноем, смывало водой, глодало корнями и лишаями, точило железной испариной и кислотными каплями дождя. А еще неугомонные тектонические плиты, дрейфуя в бушующем мантийном океане, корёжили скальные монументы от эпохи к эпохе, рассекая трещинами каменную броню. Гонимая стихиями, глыба держалась на отвесной стене Скалодрома, как говорится, «на честном слове»...

Когда кто-то вспоминает о прошлом, всегда испытывает два чувства – радости или печали. Это уже потом, углубляясь в подробности, они обрастают разными наречиями типа душевно, приятно, горько, невыносимо, … Но одно мое событие из далекой бродяжьей юности не описать ни одним из этих чувств. Хотя, подойдет ощущение необычности. Кстати, место это в низовьях Большого Киалима до сих пор существует. В узкой долине межгорного распадка Большой Киалим катил свои воды с огромной скоростью. Пороги, переходящие...

Четырнадцать дней лета в конце сентября на Дальнем Таганае – подарок матушки-Земли с приданным из сочных восходов и закатов, разбавленных утренними туманами в сонном скалистом царстве. В предутренний час, наползающий в тундру туман жадно вкушает лунный мёд, разлитый на скалах из звездных сот. Разбуженные горы дышат клочьями зыбкого марева. Как грациозна была тундра, подпирающая небо столбами тумана. Воздух над ней будто застыл, сгустился настолько, что скользивший с вершин гор фен с трудом разгонял тяжелые волны туманного моря...

22 мая 2025г. На Стрелке квадра меня выбросила и дальше я пошла пешкодрапом. Здравствуй распутица и валунник! - Курай, домой! Собакен и рад, только пятки в пушистых носочках засверкали по тропе. Традиция у него такая – одного вахтенного с кордона провожает, а сменщика встречает. Но у меня с ним – любовь! Бывает и так, что бежит за мной до самого города, не важно, на квадре ли едем или на снегоходе. Ничего, ничего, иногда полезно жирок растрясти, а то только ест да спит, ну и порой туристов облаивает, так, для проформы...

Шквалистые порывы ветра, напоминающие звуки органа, раздвинули черный облачный занасес, выпустив в ночи бледный серебрянный серп, слабо осветивший новый снег. Бесформенные его хлопья перед самым закатом накрыли мартовскую тундру Дальнего Таганая, расчищенную накануне теплым дыханием южного атмосферного фронта. От тепла прелое плато сразу задышало разноцветными лоскутами – бордовой брусничной листвой, золотом овсяницы, лилово-кремовым бархатом ягеля и оливково-зелеными иглами стелющегося можжевела...

В 2024 году погода поставила несколько рекордов. Например, предвесенье даже в горы подобралось уже к концу февраля, освободив от снега самые высокие вершины. И, несмотря на то, что в первую декаду марта зима вернулась со снегом и морозом, весна все же пришла на неделю раньше среднемноголетнего срока – 23 марта с появлением положительных среднесуточных температур. Это всколыхнуло вегетацию, и первоцветы зацвели раньше положенных сроков. Рекорд начала цветения поставили волчье лыко (19 апреля) и примула (27 апреля)...

Говорят, что ночью в горах оживают Таганайские перья – они превращаются в птиц и летают. Это происходит на границе дня и ночи, когда синие сумерки ныряют под индиговый плащ властителя тьмы. И когда на плечи хребтов падают звезды, загораясь неоном и рассыпая по скалам тончайшие лучи, на фоне небесного купола вырисовываются черные пятна. Они парят в голубоватой лунной дымке под шепот травы, унизанной росяными сферами с бриллиантовым блеском в отражение ночного светила. - Куда полетим сегодня, стая? – отразил свою мысль в эфире вожак...

Основано на реальных событиях шестидесятых годов 20 века. Бабье лето – грустное время. Но, конечно, золотая осень – это, пожалуй, и лучшее время гора. Хотя, нет, точнее сказать – пора года. Времена, они ведь традиционные – зима, весна, лето, осень. А пора, когда ей взбредет, тогда и наступает. Хоть посередь зимы, хоть посередь лета. В народе они так и именуются – пора снегостава да пора сенокоса. Пора зеленой весны – это когда ярое цветение дерев и трав наступает, обычно на границе апреля с маем в наших краях настает...

Все они, конечно, каменные. Поднебесные врата Таганая. Врата – некий проход в скальной броне, разомкнувший неведомой силой звенья горной цепи. Все эти исполинские блоки кварцитов и иже с ними кристаллических сланцев, гнейсов и гранитов не так уж и монолитны, как кажутся. Даже едва заметная волосяная трещина в теле скалы может привлечь внимание подземных стихий. И всколыхнутся тотчас недра литосферным бунтом, разрушая силикатные и магматические сплавы, разбирая их на кубики, сортируя по размерам – крупные на вершинах, а мелкие у подножий...

Мечтаете прогуляться вдали от хоженых троп? Подглядеть таинство пробуждения росных трав под мотыльковым лётом? Дождаться восхода солнца, увидеть, как оно бросает охапки света на ситцевый наряд ароматных куртин? Значит, надо забрести в займище древних посадок лесистой горы Терентьевка с поймищем лугов у ее восточного взгорья. Сюда ведет заросшая сенокосная тропа, уводящая путника в царство буйного высокотравья. Привершинный липняк, окутавший гранитные скалы-матрацы, клином врезается в надпойменный суходол...

В предрассветном апрельском небе таяли одна за одной льдинки звезд. Холодная прозрачность восхода бодрила лес. Голые деревья постанывали под студеным ветром, и блеклая холодная луна скупо лила свой свет на черный подол горных хребтов. Наступало время его шествия по дремучим угодьям киалимских урём. Месяц назад он вылез из берлоги и тощий и линялый бродил рядом с зимней постелью в предвкушение весенней вегетации. Здесь, на берегу извилистой протоки, Меченый драл в щепу гнилые лесины-корявы в поисках спящих личинок, жирных и вкусных, с соком внутри, в котором бродит мечта о сытой жизни...